Мир за мир

Удивлённо подняв глаза, Чекалин успел заметить, что появившаяся будто ниоткуда посетительница – синеглазая молодая женщина – не стоит на полу, а висит в воздухе в нескольких сантиметрах от пола. Но уже в следующее мгновение подполковника словно ударили изнутри молотом в голову, и его мир перестал существовать.

Женщина, всё ещё вися в воздухе, набрала на стоявшем в кабинете компьютере текст и вывела на печать:

«Mundum pro mundo. Ледяная Дева».

* * *

Не так давно лейтенант Долбышев отбил девушку у сержанта Арифуллина, и тот был дико зол на сослуживца.

Потом они типа помирились и даже часто выпивали вместе, но именно что «типа» – это Долбышеву казалось, что они дружат, а Арифуллин лишь старательно изображал приязнь, понимая, что «дружба» с офицером, хоть и младшим, – полезная штука для сержанта. Так и оказалось – именно чувствовавший себя всё-таки виноватым перед собутыльником лейтенант, бывший дежурным в ту февральскую ночь, «не заметил», как Арифуллин и его напарник Хрюмин доставили в отделение какого-то рыжего парня и через полчаса, тяжело дыша и кроя друг друга матом, торопливо вытаскивали его обратно – уже сильно избитого.

«Начальства нет?» — в предвкушении облизывался Долбышев, доставая запрятанную бутылку. — «А начальство-то не далее как сегодня вечером сгорело на работе, так что его пока вообще нет. Ну и меня нет, я в стакане! Спихивают на меня ночные дежурства, дураки! Ха, что они понимают? Это ж самое удовольствие – выпить ночью на службе! Тем более сегодня – за упокой подпола.

Да и платят больше за ночные часы, а работы-то как раз меньше». Он налил себе полстакана, но выпить не успел – совсем рядом раздалась автоматная очередь, и сразу послышался шмяк падающего тела.

— Кто стрелял?! — вскочил лейтенант навстречу ворвавшемуся Арифуллину, одновременно пытаясь достать из кобуры пистолет. — Рифат, у тебя что, белочка? — он в ужасе попятился от совершенно безумных глаз сержанта, вскинувшего автомат.

* * *

«Именно что белочка», — мысленно ответила Алина.

— «Белочка отомстила за отца».

Застрелится сам Арифуллин или нет, было уже неважно – наследил этот носорог так, что скрыть ничего не получится. И опять же без всякого внушения – она лишь выбила у него в памяти стопоры, мешавшие сделать то, что хотелось, но желание-то было самого сержанта!

Арифуллин тем временем втащил тело Хрюмина в дежурку и усадил на стул рядом с Долбышевым, затем достал ещё два стакана и налил.