Лёд. Кусочек юга

— Твои предложения?

— Увезем в гаражи, за Красный. Там никто не помешает.

— Туда, значит, возите?

— И не только мы, — хмыкнул брат. — Почему, думаешь, там до сих пор крысы водятся? Подкармливают. Уже популяцию натуральных людоедов вывели...

— Прибавь!

— Не суетись.

Климов начал поворот и тут же отпустил педаль газа, «буханка» покатилась, шурша шинами по гравию, потом дрогнула и стала медленно сдавать назад.

— Что за на фиг?! — вырвалось у меня.

Выскочившая из переулка «Лада» двенадцатой модели с вызывающе задранным клиренсом заблокировала дорогу «ренджроверу», и Лебедев не придумал ничего лучше, как остановиться. Он даже распахнул дверцу, намереваясь разобраться с лихачами, когда те сами выпрыгнули из машины. У одного в руках был короткий пистолет-пулемет, у другого бейсбольная бита.

— Что делаем? — спросил Клим, когда налетчик с дубинкой ухватил жертву за ворот и поволок к «Ладе», а второй бандит сунулся в «ренджровер». Замершую на перекрестке «буханку» не заметил ни тот ни другой.

Я молча распахнул дверцу и выпрыгнул из кабины в дорожную грязь. Донесся отзвук нового удара и вскрик, за ними последовала команда:

— Лезь в багажник! Лезь, ишак!

— Не надо!

И снова — удар.

Я обежал «буханку» и двинулся по протоптанной на газоне дорожке. От налетчиков меня прикрывали разросшиеся вдоль обочины кусты. Да и темно...

— С битой мой, — шепнул Клим; в руке его возник хищный клинок кукри.

В «ренджровере» заиграла музыка, и забравшийся за руль чернявый мужичок требовательно просигналил напарнику.

— Лезь в багажник, шакал! — заорал он с явственным акцентом. — Лезь! Застрелю!

Пинком в бок он повалил пленника на землю и картинно передернул затвор.

— Убью!

Думаю, мог и убить, но Лебедев сдался и влез в распахнутый багажник.