Партия

Чуть меньше года назад он купил того на западном базаре, и за всё это время не нашёл покупателя. Никому не нужен пацан со склонностью к философии, хоть и со смазливым детским личиком. Который в свои юные годы похож на мелкого ребёнка, нарушает правила и без спросу проникает в библиотеку на втором этаже. И читает книги, когда по документам он этого делать не умеет.

– Как ты здесь оказался?

– Простите, господин, простите! – пацан резко вскочил.

– Господин, что слу… Ах ты негод…

– Гая, успокойся.

– Но он…

– Знаю. И всё равно, не волнуйся. Он нарушил правила и должен быть наказан, – торговец посмотрел на побледневшего от страха пацана. – Завтра останешься без обеда.

– Да, господин, спасибо, – пацан поклонился и уже хотел уйти, но торговец его остановил. Заодно попросил Гаю оставить их наедине.

– Не хочешь спросить, почему тебе досталось столь лёгкое наказание?

– Почему? – пацан смущался не своего поступка, а того, что был пойман. Он уже не первый раз украдкой заходил в библиотеку.

– «Да чтятся деяния тех, кто жизнь свою положил на алтарь ученья».

– Не знаю, господин.

– Это слова одного из апостолов Семнадцати. Её зовут так же, как и мою супругу, Гая. Она покровитель учёных и магов, и всех, кто тянется к знаниям. Эти строчки говорят, что тот, кто тянется к знаниям – совершает богоугодное дело. Поэтому я не могу на тебя злиться.

Пацан смотрел на торговца со священным трепетом в глазах.

Торговец подошёл к отдельно стоящей подставке с закрытой книгой, на корешке которой отблёскивали семнадцать золотых полосок. Взяв книгу, мужчина задумчиво посмотрел на обложку и вернулся к пацану.