Есть ли у Города душа? (Второй черновик)

В этот вечер высокая скрипачка на углу, которая все еще не нашла себе достойной работы, играла что-то тоскливое. Том прошел мимо нее быстро, и все равно успел подцепить эту чужую печаль в дополнение к собственной. И все-таки даже теперь он смел надеяться, что, может быть, завтра Аня придет с каким-нибудь решением.

Но его надеждам вновь было не суждено сбыться. На следующее утро она даже не соизволила зайти.

– Ты будешь сегодня вести себя спокойно? – спросил Том у кошмара. Тот запрокинул голову, глядя на почтового голубя, который нес сумку с письмами и рекламными вкладышами, извиваясь и хлестая воздух длинным тонким хвостом, и сделал вид, что не понял вопроса.

Помощи от этого кошмара ждать не приходилось, и Том решил бить наугад. По дороге на службу он купил в киоске пару тонких книжиц с кроссвордами.

– Будешь сидеть и разгадывать, – сказал Том кошмару, пока они тряслись в вагончике трамвая. – И не вздумай никому мешать.

Какая-то важная дама в шерстяном черном пальто посмотрела на Тома, потом на кошмар, с которым он разговаривал так, словно его понимали, высоко изогнула бровь и подчеркнуто демонстративно отвернулась к окну, сделав вид, что ничего не видела.

У Тома покраснели уши. Не за себя, но за свое звание, и форму. Будь он одет иначе, в какую-то куртку, то пусть бы все думали, что хотели, но фуражка ко многому обязывала. Что хорошего, если об инспекторах начнут говорить что попало? Сначала о них, а там уж и до крамолы на сам Город не далеко!

Сопровождаемый тяжелыми мыслями о всевозможных последствиях собственной неосторожности и глупости, Том явился на рабочее место потратившийся на мукулатуру и морально измученный.

Лишь одно обстоятельство скрасило весь угрюмый день: когда он положил первый из кроссвордов на пол перед кошмаром, тот склонился к развороту и его зрачки – черные на красном – забегали, на морде отразилась некоторая задумчивость.

Ловуш почти час косился на кошмар и так, и сяк, ища что-нибудь назойливое в его поведение и пытаясь найти причину, чтобы улизнуть, хлопнув дверью, но тот оставался почти неподвижен.

Только время от времени он поднимался, вытягивая все шесть лап и изгибая спину, и подходил к Тому, требуя перевернуть очередную страницу.

Либо этот сон строил из себя умника, либо был очень хорош в кроссвордах – за полдня Том пролистал для него одну за другой все страницы первой книги, и после короткого перерыва кошмар взялся за вторую.