Шварцвальд. Мистический спецотдел

У водных дев двойственная природа: они могут предупреждать о штормах, а могут топить рыбаков. Мужчины никсы чаще отрицательные персонажи, бывают уродливы или предстают в виде животного, похищают женщин и топят детей.

Лорелея – в немецкой культуре никса, связанная с одноименной скалой на берегу Рейна, где она расчесывала золотые волосы и невольно своей красотой и пением манила корабли разбиваться о скалы.

Хульдра – персонаж скандинавского фольклора, белокурая красавица с коровьим хвостом, который она скрывает. Встретить ее можно в горах или в лесной чаще, где она пасет свои стада.

Мужчины влюбляются в хульдру с первого взгляда, иногда она является им под видом жены или подруги. Тот, кто станет ей верным и добрым мужем, получит богатства и удачу. Но для того, кто обидит ее, хульдра обращается уродливой старухой и насылает проклятье. Единственный способ для хульдры избавиться от хвоста – венчание.

Спригган – в британском фольклоре разновидность троллей, низкие безобразные старухи, хранители сокровищ, которые живут в руинах, на кладбищах и возле древних захоронений.

Они боятся солнечного света и прячутся днем, а ночью устраивают пляски, воруют детей или скот, насылают ураганы и могут вырастать в размерах, чтобы отпугнуть путника.

[1] Смесь с «pójdę postawić wodę» в переводе с польского «пойду поставить воды».

[2] «Bardzo» в переводе с польского «очень».

Дело №8. Преступление и наказание

Интерлюдия: Айли МакДугалл

Отстоять свое мнение

или отстоять очередь за чужой жизнью?

Знаю, все матери нашего клана торопят дочерей с потомством, но моя – это просто нечто, не ворона, а настоящая наседка.

Не успела я проснуться, звонит уже, кудахчет.

– Да, мам, я избавилась от его подружки, – отвечаю ей, потягиваясь в постели.

Кудахчет, кудахчет.

– Ну, мам, нельзя же так сразу, пускай хотя бы проголодается.

Устало отираю лицо.

– Мам, да я столько крови уже запасла, можно все высшее общество прокормить!

Переворачиваюсь, зарываюсь в подушку. Телефон бросила на простыню, но до меня все равно долетает:

– …не надо высшее общество, прокорми жениха… что такого сложного охмурить мужчину…пригласи его прямо, если он не приглашает сам… конечно, он не приглашает, посмотри на себя… надень, наконец, юбку, сколько можно носить эти ужасные берцы…

Я ныряю под подушку и прижимаю ее к ушам.

Невыносимо! Хочется кричать, молотить кулаками, крушить все вокруг. Но проще согласиться, чем переспорить. Я поднимаю голову, нащупываю трубку и врываюсь в поток нравоучений.