Шварцвальд. Мистический спецотдел

Он бросил уже поправлять вампира, пусть зовет по-своему, не велика беда.

– Как-как… Будем ловить на живца! – вампир подмигнул ему. – Проще простого! И Йорга вытащим, и я отделаюсь легким испугом, не дрейфь.

Он взъерошил волосы Юрга. Такая холодная ладонь, такие теплые слова, и так мало надежды.

– Нам нужен Йофрид, – сказал капитан, и Людвиг на удивление согласился.

Юрг хотел бы послушать дальше, но первая чашка кофе настойчиво просилась наружу. Он прошмыгнул в туалет, вымыл руки, пригибаясь под зеркалом, и пошел на кухню.

Винтажное трюмо преградило путь. Юрг попробовал его обойти, держась дальней стенки. Нырнул под лестницу, протиснулся за диваном, мимо камина, где случайно задел фоторамку, которая опрокинула за собой остальные. Юрг перехватил их и принялся расставлять, озираясь на зеркало. Он не разглядывал фото, все эти образцово-показательные семейные снимки, пока вдруг краем глаза не уловил знакомый образ. Мужчина на фотографии носил камуфляжную одежду, высокие сапоги, тирольскую шляпу с бурым пером и держал ружье. Он улыбался, но его выдавали глаза.

– Это он! – Юрг ворвался в кухню. – Это Охотник! Клянусь вам, один в один! Ваш родственник, да?! – Он сунул фотографию Кригеру. Вампир привстал и перегнулся через стол, чтоб увидеть снимок.

– Это же я, – Кригер в изумление обратил на Юрга белесо-желтые глаза. Кустистые брови его от старости потеряли зловещий вид, а лицо раздобрело. – Ты не напутал опять?

Юрг замотал головой.

– Я отлично его рассмотрел и ни с кем уже больше не спутаю!

– Ты здесь вроде моложе, чем при нашей встрече. Какой это год? – спросил Людвиг, кивая на фотографию.

Кригер со вздохом вскрыл рамку и обнаружил на обороте фотобумаги надпись: «1982, моему герою и учителю». Кригер смутился.

– Это меня напарник снимал, совсем зеленый был, так мной восхищался, а сейчас, говорят, до генерального прокурора дорос.

– Не знаю, как так вышло, но вы и есть Охотник! – напомнил Юрг.

– И я не знаю, – Кригер отер ладонью усы.

– Эй, без паники! – приободрил Людвиг. – Утром проснется Ада и сообразит, что к чему!

†

– Понятия не имею, что это, – произнесла Аделина, сидя над «Бестиарием». Локтями она навалилась на стол, а пальцы вплела в волосы и склонилась над книгой так низко, что Юрг не видел ее лица, лишь краешек очков. В кабинете Кригера не было зеркал, но одно висело за стеной в туалете, и Аделина старалась говорить тише.