Сказки города

- Судя по состоянию, вся тысяча… Его никто не купит. Вот это – точно.

Они одновременно посмотрели на шкаф. Когда-то, очень давно, его дверцы покрывала замысловатая резьба, полировка ярко сверкала, а окантовка замочных скважин навевала мысли о маленьких феях из детства. Сегодня своим жалким видом он выделялся даже на фоне потрепанных жизнью товаров комиссионки.

- Ну… - Пашка поскреб затылок – Я все-таки думаю, что он не совсем безнадежен. Слушай, я когда-нибудь ошибался?

- Хм, если не считать…

- Ладно, ладно! Слушай, там трещина на задней стенке, посмотри, пожалуйста, сквозная она или нет.

Юлия издала довольно выразительный звук, но все-таки заглянула в шкаф. Пашка с другой стороны водил по нему фонариком.

- Ну, что?

- Погоди, тут все обоями заклеено, сейчас отдеру.

Послышался звук отрываемой бумаги.

- И зачем отдирать обои, если с ними ничего не видно?.. – проворчал Пашка.

Юлия не ответила. Пашка насторожился.

- Эй, ты там что?

- Пашка! – голос из шкафа звучал глухо и взволнованно – Здесь картина.

Пашка молнией влетел в шкаф. Из бреши в обоях на него смотрела удивительно краси­вая смуглая девушка.

- Не обольщайтесь, ребята, картина новая. – Элиэйзер наклонился так, что почти уперся носом в доску.- Ей максимум лет пятьдесят.

- Ничего себе, новая! – хмыкнул Пашка – меня тогда еще даже не планировали.

Старик улыбнулся. Неудавшийся художник, теперь он работал в комиссионке сторожем. Пашка и Юлия часто обращались к нему за советом, иногда для дела, но часто просто чтобы сделать ему приятное.

- Ну, шкафу я бы дал сто. – Элиэйзер почесал кончик носа – По чертам лица девушка – южанка, возможно, итальянка. Но жила она здесь. У моей матери было такое же платье. Их шили на фабрике рядом с нашим домом.

- Почему ее нарисовали в шкафу? – спросил Пашка.

- Не знаю. Доска здесь хорошая, прямая, краска ровно легла. Может, у художника просто больше ни на что денег не было. А может, просто пошутил.

- А о самой картине что вы можете сказать? – вмешалась Юлия – Она представляет какую-нибудь художественную ценность?

- Да как сказать… Художника я не знаю, не встречал.

- Или? – хором переспросили ребята.

- Или он был влюблен. – Закончил Элиэйзер и с удовольствием отметил, как заблестели глаза собеседников.

- Юлька! Мы должны найти этого художника!

- Погоди, я в раздумьях.

Юлия уселась на край стола и зарылась пятерней в льняные кудряшки – признак напряженной работы мысли.