Воздушный Стрелок. Книга I. Боярич

- кажется, сосед совсем не рад такому повороту нашей беседы. - Ирина Михайловна сегодня за обедом опять о тебе справлялась.

- Какая трогательная забота. Передайте ей мое почтение и благодарность, Владимир Александрович... - Хм, не любил Кирилл тетку, ох, не любил. Да только с чего это меня так передергивает, а? Мне-то она никто, и звать ее никак. Дела-а...

- Еж, ну натуральный еж. Только что иголок нет, - со вздохом заметил мой собеседник.

- Ничего, тренер, дайте срок, вырастут... а там и за когтями-клыками дело не заржавеет, - откликнулся я и почувствовал, как напрягся сидящий рядом человек.

- А ты изменился, Кирилл, - доверительным тоном заметил Владимир Александрович, мгновенно пряча сущность эсбэшника за маской тренера и учителя. - Вырос, наверное?

- Вряд ли, скорее, просто устал. - Я открыл глаза и, повернув голову к собеседнику, спросил: - А что, это плохо?

- Хм... Вырос-вырос, Кирилл Николаевич. Впору об эмансипации задуматься, - старательно натягивая беззаботную улыбку на лицо, проговорил тренер.

Только глаза у него остались слишком уж серьезными.

И я рискнул. Кирилл называл это «тронуть Эфир», я же всегда говорил: «напрячь чуйку». Но смысл один, и действо это мне знакомо давно и очень хорошо... Вообще все эти их «эфирные» техники до боли напоминают то, чему я учился Там, в Центре. Правда, здесь выбор приемов куда разнообразнее, а сами они... формальнее, что ли. Надо будет обязательно разобраться с этим делом. Непременно.

Как бы то ни было, «принюхавшись» к моему визави, я учуял только легкое одобрение в его эмоциях, что уже радовало.

Но еще лучше было другое... боль, та самая жуткая головная боль, что в последнее время терзала мое тело Там, едва мне стоило воспользоваться своими умениями, здесь отсутствовала напрочь. А само действие, требовавшее раньше довольно серьезного усилия, теперь казалось естественным и простым... словно кружку воды выпить. Нет, ну правда... я чуть ногами не засучил от нетерпения, когда представил, во что тут может превратиться мой разгон. Как ребенок, честное слово.

Стоп. Ки... да черт возьми! Ромка, соберись, возьми себя в руки. Потом эмоциями фонтанировать будем.

- И куда мне с этой самой эмансипацией потом деваться? Из родного-то дома, да без образования, профессии... на паперть идти? - А в Эфире толкнул я своему собеседнику... хм-м… эмоцию не эмоцию... скорее образ, окрашенный пониманием и согласием. Возможность свалить подальше от таких родственничков мне пришлась по душе.

- Да, правильно, правильно.