Последний город

Отсеянные коротали свой век – недолгий и безрадостный,– горстями поедая снотворное и алхимические препараты, гасившие превратившийся в проклятие дар. А остальных… остальных ждала лишь иллюзия нормального существования – жизни вечного одиночки, в котором давно перегорели все чувства и эмоции. Недаром в Корпусе Надзора ходила шутка о том, что работающие на «Плантации» зомби куда более приятные собеседники, нежели телепаты.

– Август Яр, старший дознаватель следственного управления Комитета Стабильности,– по полной форме представился худощавый неординар, поправляя очки с толстыми линзами.

Чем-то он походил на музыканта – тонкие длинные пальцы, легкие, будто танцующие движения. И лишь замершее фарфоровой маской лицо с острым прямым носом не совсем вписывалось в нарисованную воображением картину.

– Марк Лом. Служба Контроля, Управление активных операций, стажер,– не стал отмалчиваться я.

Дознаватель кивнул и приложил подушечки больших пальцев к сенсорам дипломата. Едва слышно щелкнули замки, висевший на крючке дипломат, распахнувшись, превратился в подобие откидного столика.

– В соответствии с установленным порядком проведения дознания должен предупредить о том, что показания будут зафиксированы автоматическим регистратором.– Яр переключил какой-то тумблер, и из распахнутого нутра дипломата медленно вылетел хрустальный шар размером с кулак. Поднявшись сантиметров на десять, алхимический прибор медленно закружился вокруг своей оси, и на его гранях засверкали отблески пишущих лучей.

– Понятно,– кивнул я.

– Вот и замечательно.– Парень вынул из дипломата два металлических кругляша и протянул мне.– Приложите к вискам.

Я выполнил его распоряжение, и намертво прилипшие датчики регистратора обожгли холодом кожу. Все, теперь точно головная боль на несколько дней обеспечена.

Тем временем вновь отвернувшийся к дипломату дознаватель закончил какие-то хитрые манипуляции с аппаратурой, убрал в футляр очки и поднял руки к затылку. Изящные пальцы ловко подцепили две соседние пластинки из обхватившего голову обруча и осторожно оторвали от моментально покрывшейся капельками крови кожи.

По всей видимости, процедура эта была для Августа делом привычным – очень споро он попарно снял все остальные алхимические блокираторы, сложил их в дипломат и аккуратно вытер кровь специальной тряпочкой. К моему удивлению, глубокие царапины моментально затянулись, и теперь о них напоминала лишь полоса слегка покрасневшей кожи.