Байка на все времена

Он мог наступить себе на горло и осчастливить Воронцову, но… Зачем? С какой кстати, приносить себя в жертву, если он честно все обсудил до начала их близких отношений?

Тихий стук двери в соседней комнате прервал неприятные размышления Василькова. Тонкий аромат ванили преодолел дымовую преграду из благовоний, которыми успела окурить все помещение Леночка. Невольно Тим поднял голову и с тоской посмотрел вперед себя.

— Это из-за нее?! Это все она? — Воронцова приняла свой привычный стервозный облик.

— Не говори чушь! Мы расстались еще до приезда Милы.

— Милы? Значит, ты познакомился с ней в одной из своих командировок. А я дура носила тебе обеды на работу, пока ты развлекался с мелкой шлюшкой в столице?! — Пытливый женский ум заработал на полную мощность. Леночка взвилась орлицей над постелью и метнулась в сторону коридора.

Тимофей не сразу осознал, что может произойти. Наспех набросив штаны и превозмогая слабость во всем теле, поспешил в след за Воронцовой.

Опоздал. С кухни доносились женские крики и звук бьющейся посуды.

— Воронцова, ты с ума сошла? Отпусти ее, — кричала Зинаида Сергеевна.

— Потаскуха! Шлюха! — Леночка вошла в раж, обхватив цепкими пальцами длинные локоны Борщовой, она провезла хрупкую фигурку девушки по кухонной столешнице. — Ненавижу, дрянь! — захлебываясь от бегущих по щекам слез, Воронцова перешла на вой сирены.

Глава 4.5

— Остановись! — закричала в очередной раз Зинаида Сергеевна, но ровным счетом это ничего не изменило.

Острые разделочные ножницы рассекли воздух в руках Воронцовой, и белокурые локоны Милочки осыпались лебединым пухом по плечам девушки одиноко спадая к ногам.

Влетевший в кухню Тимофей застыл, как вкопанный. Безобразная картина предстала его глазам: Леночка в своем неистовстве, обстриженная наспех Мила, и хватающаяся за сердце Зинаида Сергеевна.

Тишину нарушил тихий всхлип. В глазах Борщовой застыли слезы, она по привычке потянулась рукой к волосам. Не сказать, что это самое страшное, что могло случиться с девушкой.

Ведь волосы обязательно отрастут, пусть не такие длинные… В висках застучало, как набатом, и почему-то Миле показалось, что она сейчас не волос лишилась, а крыльев. Бедные птицы, которым подстригают крылья, чтобы они не могли улететь. Печальное сравнение, но стало невыносимо больно. А главное она не понимала, за что Воронцова так с ней поступила?!

— Милочка, девочка… — Зинаида кинулась к Борщовой, но остановилась на половине пути.