Автопортрет с отрезанным ухом

Рядом стоял Микки Маус, он проводил языком рядом со мной, будто хотел лизнуть. Все эти символы слишком легко разгадывались, я даже разочаровался.

— Ну как? — взволновано спросил Савелий. Я все смотрел: линии, цвета, формы, это можно было назвать идеальным. Чем дольше я всматривался, тем больше проникался идиллией. Да, даже такие талантливые художники боялись не заинтересовать своим творчеством.

Изначально я был настроен негативно, но тут смягчился.

— Круто, я бы поставил себе на аватарку вместо Диппера. А где можно посмотреть еще работы?

Он обрадовался, конечно.

Сказал, что скинет ссылку через Аркадия. Мне тут же захотелось как-то приплести в разговор своего Горацио, чтобы Савелий тоже посмотрел на него, но вдруг я почувствовал, как что-то будто бы почесало мое бедро. Жаба в кармане куртки зашевелилась.

Я достал телефон, посмотрел время на нем и нервно щелкнул пальцами.

— Жутко опаздываю! До свидания!

Все это я сказал очень быстро и направился к выходу искать кроссовки. Я представил, что, пока я буду завязывать шнурки, жаба выпрыгнет и мне придется как-то это объяснять.

Еще хуже: Савелий от испуга ее придавит, и ведьма все-таки сожмет свои хрупкие ручки на моей шее.

Я словно сам стал героем комикса, только я успел скрыться за дверью, как жаба в моем кармане застрекотала, будто ее сейчас вырвет. Я достал ее из кармана, зажал в руках, чтобы рассмотреть мордочку. Осмысленные глаза, недовольные.

Нужно было дать ему имя. Отчего-то мне показалось, что мы с ним одного поля ягоды и он парниша. В школе у меня была одноклассница, которую дразнили ведьмой в начальной школе.

В старшей школе ее называли исключительно Андреевой, поэтому я решил назвать жабу Андреем.

Нет, конечно же, Андрюшей.

Что, следишь за мной? Как мне связаться через тебя с ведьмой?

Ну, Андрюша, молчим?

Может быть, ведьма была права, и я действительно безумец, раз пытаюсь мысленно общаться с жабой. Все разговаривают с животными, не надо приукрашивать свои заслуги. Раньше, наверное, считалось, что объявлять себя безумцем — довольно слабая позиция, а сейчас — модная.

Хотя, может, быть немножко чокнутым в моде всегда.

Когда я вышел, то оставил Андрюшу на улице в траве.

Еще увидимся, подумал он.

Я добрался до дома, и оказалось, что все утро я пребывал в довольно благостном состоянии. Мне удалось оставаться в нем еще полчаса, пока я был чем-то занят: пил аспирин, минералку, мылся, переодевался, а потом меня накрыло.

Я умру, умру, умру, думал я, сначала не слишком развивая эту мысль.