День Полыни

Скромно одетая молодая тролльчиха смущенно смотрела на меня. А чего ж, мол, не взять — халява. Все же берут, покрикивают, ободряя друг друга, словно так и надо, но все же оно как-то... спокойнее, если никто не заметит.

— Ээ... мэм, прошу вас.

— Нет-нет, — пролопотала она. Пришлось взять эту проклятую бутылку и насильно вложить ей в передник. Ну, Полынь, ну и что? Почему в этот день мы должны быть чем-то другим, худшим, чем обычно? Эх, а вот цветы я так и не научился дарить.

— Нет, мистер... то есть, спасибо, кефир я тоже возьму, но.

О, я понял, наклонил пятигаллонную флягу и держал ее так, покуда дама наполняла бидончик. Ей много не надо. Она б и купила это несчастное молоко, да тут Полынь, будь она неладна. А куда деваться, если ребенок?

Пока я куртуазничал, Альбин, переступая через четвертные бидоны, как журавль, подобрал еще пару пинтовых бутылочек. Вид у него был, как у человека, который делает что-то впервые, и не вполне уверен, что правильно, и что не засмеют. Вроде как причастился.

Держа в руках добычу, мы нашли подходящий двор-колодец, расстелили газетку и преломили хлеб.

— О чем вы думаете, Альбин?

— О том, что, вероятно, Полынь стоило объявить, чтобы существа разных рас смогли задать этот вопрос друг другу.

Ах, ну да. Если они разделяют с кем-то еду, это для них что-то значит. Какой-то символ из глубины веков. Вы когда-нибудь видели жующего эльфа? Я вот в первый раз.

— О чем вы договаривались с главой Шиповника, Альбин? — спросил Рохля. — Если не секрет, конечно.

— Престиж, — просто ответил эльф, запивая рогалик молоком. — Рейтинг Великого Дома издавна измерялся великими деяниями его сынов. В истории Полыни еще не было, чтобы о ней писал очевидец: «собственный корреспондент с места событий». Договаривались мы о том, что текст, который пойдет в газеты, будет подписан «из Дома Шиповник».

— Понятно. А вам это зачем нужно? Жизнью рисковать опять же, которая подороже, чем у нас.

— Потому что у меня есть некие идеи, и Шиповник согласен рассмотреть их и поддержать, если общественная ситуация будет благоприятной.

— Наверное, это глобальные идеи по переустройству общества?

— Я хочу возродить Дом Мяты.

— Что? О, черт, простите. Так вы Мята?..

— Да. Я был в командировке и уцелел, хотя после много лет жалел об этом. Возродить Дом не так-то просто, и без поддержки Великого Дома не обойтись. Мята сперва мог бы назваться дочерним Домом, а потом выделиться в самостоятельный.