Манящий абрис смерти

Лучше расскажи, деточка, о себе, чем ты занимаешься, что любишь. А то из этого обормота ничего не вытянешь.

Я задумалась, моя жизнь не насыщена событиями, поэтому я ограничилась перечислением сухих фактов:

- Я художница, мне двадцать два года, живу одна в своей квартире, сегодня стараниями Стефана меня приняли на работу в Экспериментальный центр психологии к доктору Рабену. Вроде все.

- К Дмитрию Евгеньевичу? - спросила хозяйка, а я кивнула, - как интересно!

И она метнула быстрый взгляд на невозмутимого Стефана.

Тот продолжал пить горячий чай и с ехидцей смотреть на мой "допрос".

- А я вот бывшая няня и по совместительству повар Стефана, знаю его с пелёнок. Будем знакомы. Как ты смотришь на то, чтобы пройти в гостиную?

К Стефану Елизавета Рудольфовна не обращалась, уж не знаю почему, проявляла искренний (я чувствовала) интерес ко мне.

Я согласилась с её предложением и спустя пять минут мы сидели на диване в просторной гостиной, где весело трещал камин, пахло деревом и немножко фиалками.

Я задумчиво смотрела на огонь и пропустила момент, когда хозяйка вышла, а Стефан оказался на полу у моих ног. За окном уже сгустились сумерки, и тарабанил, предсказанный синоптиками с утра дождь, а внутри этого маленького мирка было уютно и тихо.

Огонь из камина бросал блики пламени на его лицо, и я, не удержавшись, провела ладошкой по его точеной скуле. Стефан перехватил мою руку и перевернув её, нежно поцеловал запястье, глядя прямо мне в душу потемневшими глазами. Сердце отчаянно забилось.

Наш хрупкий тет-а-тет был прерван зашедшей Елизаветой Рудольфовной с вазой с вымытыми фруктами. Я успела выдернуть руку и отвернуться, надеясь, что краску на щеках не заметят в силу неяркого освещения.

- Вот, принесла вам инжир, виноград, да груши с персиками, свояченица переслала с юга. Все своё, кушайте.

-Спасибо вам, Елизавета Рудольфовна, - я искренне была благодарна внезапной помехе, ситуация была очень недвусмысленная и я запаниковала. Не ожидала от себя такого отклика.

Брать дрожащими руками чашку с чаем, я не рискнула, а вот урвать веточку винограда смогла. Стефан, изящно встав, помог хозяйке поставить вазу на сервировочный столик и присел в кресло, тем самым отдаляясь от меня, но его взгляды я чувствовала прекрасно.

Елизавета Рудольфовна сгорала от любопытства, она поняла, что пропустила что-то интересное, поэтому я попыталась перевести разговор подальше от нас со Стефаном.

- Я увидела, что вы любите живопись.