Манящий абрис смерти

Я смог позволить только эту ласку, но мечтал, что мои губы прокладывают влажную дорожку по бархатистой коже шеи, где отчаянно бьется голубая жилка и ниже…

С этой девушкой я испытываю не те обыденные эмоции, которые посещали меня в обществе других женщин. И это как наркотик. Мне нравится, как она в один момент злится и покрывается броней, а в другой – становится беззащитней котенка, и хочется укрыть ее от всех невзгод мира. Хочу быть защитником, но Нина порой дает мне знать, что я просто завоеватель, но от себя не гонит.

- Для чего? – робко спросил внутренний голос.

Я запнулся. Не сейчас, я не готов ответить на этот вопрос.

Пора возвращаться в реальность. У госпожи Неждановой закончились пирожные, и она забросала Нину новыми вопросами, а девушка уже глаза еле открытыми держит, какое уж тут сопротивление.

- Елизавета Рудольфовна, спасибо Вам огромное за приятный вечер. Но хорошего помаленьку, и мы с Ниной откланиваемся.

Я встал и попытался поднять девушку с дивана.

- Стефан, ну куда же на ночь глядя, вы поедете! Оставайтесь у меня!

- Елизавета Рудольфовна, я не могу, мне на работу надо очень рано, моя смена пришла.

- Вот и отлично! Ты езжай, не подводи людей, а Нина остается, и не спорь, мальчик. Сколько раз я тебе говорила, что девушки – нежные создания, и их не надо таскать за собой, как чемодан. Я сейчас собью перину, дам свежее белье – все радость уставшему телу. Да и теплое молоко с печеньем только пойдет на пользу.

Елизавета Рудольфовна хлопотала вокруг едва стоящей на ногах девушки, как наседка, постепенно оттесняя меня к выходу. Мое чутье молчало, но опыт кричал, что оставлять этих двух женщин без присмотра нельзя.

- Ну не хмурься, Стефан, тебе не идет. Телефоны есть, созвонитесь. Да и уважь старую женщину, одиноко жить в таком большом доме, – госпожа Нежданова мне подмигнула.

- Ох, Елизавета Рудольфовна, лиса вы. Хорошо, Нина, сладких снов.

Девушка смогла только кивнуть на прощание.

Глава 9

ГЛАВА 9.

Нина

Часа два я крутилась в мягкой, удобной постели: отвыкшее от комфорта тело и внезапно нахлынувшие мысли никак не способствовали быстрому засыпанию. Хотя мои глаза при отъезде Стефана натурально закрывались, а после того, как Елизавета Рудольфовна постелила мне в гостевой комнате и оставила одну, сон как рукой сняло.

Ничего не поделаешь, нужно подышать свежим воздухом - домашняя привычка человека, имеющего личный выход на крышу.