Закон сохранения магии

Еще она нас боится… или чего-то, с нами связанного. А главное в ее характере – тщеславие и жадность.

Я задумалась. Чтобы противодействие Давиденко приказам ослабло, мы должны сыграть на ее слабостях… но как? Предложить взятку? У нас и денег с собой особых не было, и неясно, какие суммы в ходу. Намекнуть, что мы поможем ей прославиться? Например, мы журналистки с телевидения, изнутри исследующие тему детской медицины. Мы хотим снять Пашку на фоне заведующей для новой передачи. Идея здравая. Правда, Валентина Петровна, не будь дурой, предложит заменить его другим ребенком… но мы возразим, что Пашка самый фотогеничный.

Что, между прочим, чистая правда. Он выглядит совершеннейшим ангелочком – не пухленьким и веселым, а бесплотным и безгрешным, словно нестеровский отрок в семилетнем возрасте. Очень надеюсь, после выздоровления это пройдет – тем более, характер у мальчишки не ангельский. Как бы там ни было, любой взрослый, попадающий в отделение, в первую очередь начинает умиляться именно Пашке.

Включив Дар на полную мощность, я вслух заявила:

-- Простите, Валентина Петровна, что мы пытались ввести вас в заблуждение.

Надо было сразу догадаться, что такая умная женщина, как вы, быстро нас разоблачит. Да, вы догадались правильно: мы не волонтеры, а тележурналистки. Нам поручили сделать передачу про ваше отделение, и мы решили сперва немного у вас поработать, чтобы лучше разобраться в ситуации. Но теперь мы определились. Героями передачи должны стать… в первую очередь, разумеется, вы как руководитель, а из пациентов – Павел Васильев.

-- Поверьте нам, -- громко и настойчиво приказала Женька. – Мы журналистки. Мы хотим снять вас в своей передаче. Верьте нам!

-- Но зачем же обязательно Васильев? – любезно улыбнулась заведующая. – У нас есть другие детки, ничуть не хуже. Такие очаровательные девчушки, зрители будут просто рыдать от жалости…

-- Мы видели всех, и больше всего нам подходит Васильев, -- прервала я. – Где он?

-- Отвечайте! – потребовала Женька. – Говорите правду! Где Васильев?

-- Дома, у родителей… -- неохотно выдавила Давиденко.

Я почувствовала, как шибануло отдачей. Значит, где-то мы прокололись. Еще минуту назад все шло неплохо и собеседница была готова к диалогу, а вот на вопрос о Пашке ей настолько не хотелось отвечать, что симпатия, которую я вызывала с помощью Дара, далась мне огромнейшей потерей энергии. А уж Женьке ее приказ страшно подумать, чего стоил…

-- Адрес сообщите, -- слабеющим голосом произнесла подруга.