Закон сохранения магии

Похоже, нам вообще можно было не волноваться. Журналисты настолько привыкли к шарлатанам, что в наши способности не поверили бы, даже увидев исцеление собственными глазами.

-- Мы не собираемся вас снимать, -- отрезала Жанна. – При чем тут вы? Наш репортаж посвящен Вадиму Васильевичу Сайко и его благородной миссии по спасению больных детей. Даже не надейтесь пролезть в кадр!

-- Кому-кому? – в ужасе уточнила я.

-- Вадиму Васильевичу Сайко.

Глава 12

Я застыла соляным столпом. Сайко – это ведь тот самый Большой начальник, с которым полгода назад мы с Женькой разругались на дороге! Именно под воздействием ее приказа он, став искренним, обхамил в прямом эфире зрителей и был сослан в здравоохранение.

Вот что за амбалы толклись на лестничной клетке – наверняка охрана. И съемочная группа появилась в квартире не случайно! Дело, разумеется, не в ребенке. Неожиданное исцеление – хороший повод для Сайко восстановить реноме. По словам Светланы Григорьевны, он и раньше снимался в клинике рядом с Пашкой. Добрый чиновник посетил больного, выделил на него деньги – и дитя здорово. Да не абы какое дитя, а вызывающий всеобщее умиление ангелочек. Белокурый малыш на руках – затасканный политиками образ, но оттого не менее действенный. Не зря пасхально-рождественские сюжеты никогда не выходят из моды.

Только откуда Сайко узнал про выздоровление Пашки? Анализ сделали лишь сегодня, а к съемкам, вероятно, надо готовиться заранее. Впрочем, какая разница? Главное – надо срочно уносить отсюда ноги. Еще не хватало, чтобы Сайко нас узнал! С журналистами проблема рассосалась, а памятью Марии Сергеевны поработаем потом… бежать, бежать.

Как всегда, меня подвела быстрота реакции… то есть, не быстрота, а, наоборот, медлительность. Пока я раздумывала, дверь в комнату отворилась. Первым появился бородатый мужчина с огромной сумкой.

-- Все, -- сказал он, обращаясь к Жанне, -- отстрелялись. По коням?

За ним вышли еще двое. Сайко совершенно не переменился. Все то же лоснящееся, словно смазанное маслом лицо с несколькими подбородками, та же жирная фигура, с трудом втиснутая в дорогой костюм.

А следом – Дудич, вьющийся вокруг Большого начальника, словно лиана вокруг дуба. Нет, скорее как рыба-прилипала вокруг акулы.

Я в тоске смотрела на них. И зачем мы только приехали? Вот хочешь как лучше, а получается как всегда. Зато теперь многое стало ясно. Инициатор съемки – Дудич. Он понял, что выздоровление Пашки – пиар не хуже, чем его же смерть, и поделился идеей с Сайко.