Срезы

Тут было все, огромная голова, висящая в воздухе, горящие глаза, голая женщина на резном троне, рядом, некая сущность в виде собаки, следом туман, играющий с воображением и не дающий ответов, и пяток людей, высокомерны и прекрасных. Колян не без труда одернул себя, напоминая, что, засмотревшись, можно угодить в плен сущностей. Так что он хоть и глазел на забытых богов, но взгляда не задерживал. Да и Стэн его постоянно торопил.

- Луч из таверны бьет, ну или там храм, вообще черт и тот язык сломит, ища нужные формулировки.

В общем, двинули - проговорил белобрысый, пряча глаза за рассматриванием земли.

И снова Коляну пришлось идти за кем-то, и подобная форма передвижение начинала злить. Быть все время ведомым раздражало, но пока других альтернатив не видать, а из-за тупого эгоизма и самолюбия, переть дуром, было совсем уже безрассудно. Вскоре Николая посетило некое разочарование от божественного парада, они в своей массе выглядели однотипно. Лица, морды, парящие в воздухе, пусть каждое по-своему привлекательно или пугающе, единственное, что врезалось в память-это многомерный куб, без начала и конца, и комментарий черта: мол, это проповедник пятого измерения.

Еще треугольник из лучей света, а в центре некий механизм, нечистый назвал его вратами в Алван. И, как ни странно, металлический скелет, но он привлек внимание Коляна, только из-за ассоциации с терминатором. Черт обозвал его глашатаем механика.

Путь их закончился закономерным приходом к таверне.

И описать ее, пожалуй, не смог бы ни один живущий человек, это как просить объяснить неандертальцу Одиссею Кубрика. Поэтому и Колян нашел только два слова: здание с дверью.

Зайдя внутрь, Колян все же удивился, хотя, казалось бы, куда уже больше. Но так бывает, когда ожидания обманывают тебя. За дверью обнаружилась небольшая терраса и далее холл, с множеством дверей, словно они не в здание зашли, а в еще в один Срез. На террасе, под цветущей сливой, за простецким столом, сидело несколько мужчин, активно что-то обсуждающих.

Выглядели они как заурядные физики из шестидесятых годов советской эпохи, пиджаки, штаны, прически, манера держаться и двигаться. Весь их вид прямо кричал о той эпохе, когда наука имела романтический ореол.

- Кхоны - черт, как всегда, полез объяснять - был такой слой интеллигенции в свое время, так они решили, что смогут понять суть бога, если это самого бога вызовут.