Срезы

Они висели везде и расположены настолько умело, что каждый раз взгляд, помимо воли, натыкался на них. «Двухсменьщикам – позор», «Скажи двумсменам нет – скажем нормативам ура», «Майлон сказал надо – фабрикант ответила ура», «Фабрикант в фабрике - механизм единый», «Цель оправдана – трудом», и остальные, в том же духе. Были конечно и совсем странные, и не логичные «Двухсменьщик предатель – план провалил», «Выгода есть – труда нет». Из всего прочитанного выходило, быть двухсменьщиком не стоит, надо уважать Майлона и фабрика — это то, ради чего они тут все живут.

Следом он рассмотрел людей, все они разные по возрасту и комплекции, все в синих халатах, но две отличительные черты имелись: женщины все массивные и мускулистые, и часть мужчин, вместо конечностей, имели металлические протезы. Никакого красивого хайтека, сплошь сварка и голый металл с заклепками, словно сделанные в заводской кузнице, по принципу-абы было. Но инвалидами их никак не назовёшь, скорей, искусственные конечности имели необходимый функционал, для определённых работ.

Не сказать, что сильно эффективный, но все же. У кого-то вместо пальцев щипцы, чтобы таскать горячие болванки, у другого- некое подобие поршня, чтобы легче толка вагонетку, у третьего-щуп вместо руки, он им тыкал в какую-то лужу и каждый раз довольно улыбался.

Лента неожиданно остановилась, Колян вздрогнул. Женщина выпрямилась, уперев руки в бока, прогнулась, хрустнув позвонками и протяжно зевнув, подошла к «инженеру».

Тот наклонился и мягко поцеловал ее в лоб.

- Вечером тебя ждать? – проскрежетал фасовщик.

- Не знаю - тут она покосилась на Коляна и едва слышно проговорила, - тут есть вторая смена… - остальные звуки поглотил шум фабрики.

- Кефка - проорал раскатистый мужской голос - никогда меня не ждет, всегда строга со временем. Никакой переработки, все по заветам Майрона.

Из-за огромного агрегата, непонятного для Николая назначения, вышел скособоченный парень, в сером халате.

Парочка смерила его хмурым взглядом и никак не отреагировала на высказывание.

- Гляди что у меня есть - он резко развернулся правым боком, вместо руки торчал какой-то обрубок железного протеза - МЕК 24, ха. Съела. Теперь то я разойдусь, ха.

Он посторонился от ленты и следом за ним пришли еще двое, волоча нечто похожее на сплав генератора и ветряка, только с одной лопастью и все это добро обильно залито маслом.