Ворон (петербургские повести)

Должно быть, рыба…

- С ума сошел! Какая здесь рыба?

- А тогда кто?

- Знаешь что, давай-ка пойдем отсюда, - сказала Ольга. Оторвала руки от парапета и тщательно, точно боясь заразиться, потерла друг о друга мраморные ладони.

- Чего ты боишься? – спросил я.

Она чуть передернулась:

- А вдруг оттуда вылезет что-нибудь, знаешь, этакое…

Все было безнадежно. Струи тумана стекали в воду по гранитным ступенькам. Мы снова пошли по набережной. Ольга пропустила меня, чтоб быть с внешней стороны от канала. Я боялся дотронуться до нее.

Воздух состоял только из духоты.

- Он никогда не будет писателем, - сказала Ольга. – Мало того, его никто никогда не будет печатать. Он просто играет в гения, который не такой, как другие, и которому все позволено лишь потому, что он – гений. Этим обычно болеют в семнадцать лет, он заразился позже и потому, наверное, в особо тяжелой форме. Я думаю, что теперь ему уже не выздороветь. У него теперь год за годом будут одни неудачи.

Я промолчал.

- Знаешь, чего он хочет? - спросила Ольга. - Он хочет, чтобы придуманный мир был реальнее, чем настоящий. Чтобы жизнь, занесенная на бумагу, была такой же яркой, как и собственно жизнь, и чтобы в ней можно было существовать, любить и дышать, как и в самой жизни…

- Да, - сказал я.

- Он называет это – «абсолютный текст».

- Да, - сказал я.

Ольга ступала неуверенно, как слепая.

- Чушь, по-моему. Он считает, что если таким образом описать какого-нибудь человека, воображаемого, конечно, ну, например, персонаж какой-нибудь книги, то можно как бы воплотить его - перенести в наш мир. И он будет, как живой, жить среди нас.

- Дворник, - наугад сказал я.

Она вздрогнула.

- Борода лопатой... сплюснутый лоб... челюсть такая – впереди всей физиономии...

- Ты его видел?

- Фартук... метла... бляха…

Ольга в отчаянии взялась руками за щеки.

- Глупость какая. Я знаю, знаю – Антиох его выдумал.

- И топор, - сказал я, мучительно припоминая.

- Топор, - повторила она с некоторым трудом. – Так ты действительно видел его?.. Как плохо... Да – топор. Это, знаешь ли, тот самый топор, которым Раскольников убил старуху. Помнишь, у Достоевского?

- Читал когда-то…

- Дурацкая, на мой взгляд, идея. Что бы сказал о нем дворник? Может ли обыкновенный человек понять: взял топор и убил... Не из-за денег, заметь, переступить хотел...

- Постой...