Цена небрежности

А потом… потом, всё так перекрутилось, и я подарила перевязь Сильвии. Я думала… Я думала… Потом она погибла… Расскажи мне, что там на самом деле произошло! Я хочу знать о тех, кто убил ее!

И Рэм рассказал всё. А, пока воин рассказывал, в его голове билась некая мысль, некая странность. Билась и не давала покоя. Закончив рассказ, Рэм поспешил мысль озвучить:

– А какое благословление на этой вещи? – почему-то воин почувствовал легкий укол зависти. Вот как так получалось? Кто-то после обучения получал магический кнут, кто-то благословлённую перевязь, а кто-то самое настоящее «ничего».

Где тут справедливость-то?

– Ничего серьезного, – с некоторой скованностью отозвалась Рейвенс. Чувствовалось, она и сама не рада своей откровенности. – Обычный трюк. Смотри.

Она вытащила один нож из петли, разложила перевязь на кровати и отошла в сторонку. Бросок! Нож, который просто обязан был пробить перевязь насквозь, стукнулся о кожу и вернулся в петлю, как будто всегда в ней и висел.

– Ножи с этой перевязи не могут повредить хозяину и при броске в него возвращаются на место. Очень удобно против тех, кто любит использовать твое оружие против тебя же. Чувствуешь легкий толчок и все: оружие снова готово к бою. Не хочешь проверить? Я надену перевязь, а ты попробуешь.

– Лучше не стоит, я не очень хорошо метаю ножи, – улыбнулся Рэм. – И, вообще, уже поздно. Мне пора.

Воин развернулся к двери и… за спиной послышались шаги:

– Постой! – Рейвенс подошла к нему, крепко-крепко обхватила и прошептала: – Останься.

Прошу. Мне так тяжело одной, так страшно, так одиноко. Хотя бы… на сегодня.

И Рэм остался.

Глава 3. Следуя за серой крысой (часть 1)

– Да это же настоящее издевательство! – в сердцах проворчал Рэм и покрутил в руке грос, оставшийся после всех покупок.

Воин находился на Торговой площади, заполненной людьми, держал корзину с провизией, поддерживал котомку за плечами и с легкой задумчивостью смотрел на нищенку, сидящую на земле и пускающую слюни.

Над головой нищенки черта вывесила табличку: «Нищая Сайента». Глаза на безучастном испещренном морщинами лице смотрели в никуда. Черная рванина оставалась такой же черной и такой же рваной, как и раньше. Даже если в ней и прибавилось дырок, видно этого не было.

Рэм мог поклясться: пока он не завершил покупки, пока в его руке не появилась одинокая бесхозная монетка – нищая старуха на площади отсутствовала.