Ведьмак из СПб

Мне ключик дали от комнаты, не подскажете, куда пройти?

– В комнату Юры, шо ли, въезжаешь? – отодвинув кружку, нехотя поднялась баба. – Вон она! – И ткнула пальцем в ближайшую дверь по правую руку от ведьмака.

– Благодарю, – улыбнулся Макс и вновь загремел ключами, стараясь отпереть неподдающиеся «винтажно-совковые врата».

– Ручку потяни и одновременно ключ поворачивай, – устав наблюдать за его бесплодными попытками, посоветовала баба. – Тебя как звать-то, говоришь?

– Максим.

– А я Клавдия Ивановна, твоя соседка супротив.

Со мной в комнате отец живет, Иван Кузьмич... но он старый, больной и парализованный. Помрет, наверное, скоро... – на секунду задумалась баба Клава. – А вон тама, на кухне, Степка сидит, студентик арт-колледжа. Хороший мальчик. Его комната рядом с моей.

– Угу, – вполуха слушая Клавдию Ивановну, Макс наконец справился с замком. Приоткрыв дверь, замер на пороге, размышляя, как бы потактичнее избавиться от разговорчивой соседки.

А та продолжала распинаться:

– Слева возле лестницы, ежели от нее на кухню смотреть, проживает Нинка с хахалем со своим, с Петькой.

Алкаши пропитые, не дай боже! Но – тихие, общественный порядок не нарушают и собутыльников не водят. Выпьют беленькой – и спать.

Нинку Макс видел. Нинку Макс запомнил.

– А супротив них я без понятия, кто теперича обитает, ту комнату постоянно туристам сдают. Хотя, казалось бы, кто в такую дыру поедет, ежели вокруг уйма недорогих гостиниц, правильно говорю? А вот едут же, паразиты, конца края им не видать! У вас тут, говорят, атмосферно.

.. а-у-тен-тич-но! Слово-то какое бесовское придумали, ироды... Почему нельзя сказать: самобытно?

– Спасибо за короткий экскурс, но мне надо отдохнуть, – понимая, что монолог может затянуться, Волков не стал ничего выдумывать и распахнул дверь своего нового жилища.

Распахнул – и облегченно выдохнул.

В отличие от парадной и помещений общего пользования, комната производила впечатление места, где можно жить и не опасаться, что на тебя рухнет часть потолка.

Пусть спартанская обстановка и не блистала разнообразием – стол, стул, шкаф, холодильник да кровать, – но полы были чистыми, а стены с одним-единственным видом обоев, а не с их мозаикой.

– Отдыхай, отдыхай, – разрешила Клавдия Ивановна и бросила в закрывающуюся щель: – А соседняя с тобой комната опосля смерти Пахома пустует и на замок...

Макс захлопнул дверь и как был, в одежде, рухнул на мягкий матрас.