Следствие по магии

Опер стоял на том же месте, где я его оставила.

— Ну что?

— Нашла шапочку ребенка. Туда сейчас всех отправили.

— Исход начальства с места преступления я уже видел.

— Ты работать собираешься?

— А толку? Кто ж мне позволит совать свой пролетарский нос в начальственные дела.

Так и не придя к согласию еще часа-полтора простояли в этой тени. Правда, дошли до магазинчика, опросили продавца (уже кем-то допрошено-запуганного) и купили воды. Ничего не значащими фразами перекидывались с порядком уставшими экспертами.

Устали они, что характерно, не от своей работы, а от пристального, никому не нужного внимания больших начальников и их особо ценных советов под руку.

— Как думаешь, через сколько уедут? Мои скоро покварник закончат.

— Сама не знаю. Я даже не представляю, оставят дело мне или отдадут фэйсам.

— Они лишнее на себя не возьмут. Но это второй ребенок, похищенный за четыре дня. В принципе могут. За выкупом не звонили, похититель никак не объявлялся. Боюсь, что и детей нет в живых.

Мы трясем киднеперов как груши, но до первого числа нет похожих случаев. Все допрошенные имеют, как минимум, алиби, а то и находятся в местах не столь отдаленных. Я просто не знаю. Выбирают детей одного года, пола и даты рождения.

— Даты?

— Оба мальчика родились 23 декабря.

— Самый короткий день года.

— Сама думай, это твоя работа.

— Ищи, что общего между родителями. А я доеду до конторы, напишу план. Ты же меня знаешь.

— Не переживай за это. Ты как знаешь, а я поехал работать.

Из-за этих… (взмах в сторону звездатых) и так полдня потерял.

Горчаков докурил, уж пачку истратил, и бодренько потопал к своей лошадке. Та стряхнула сонное оцепенение и скрылась за поворотом. Ему проще, он сам себе начальство. А вот мне, глядя на своего начальника, бледного и осунувшегося, становилось не по себе.

Вот оставят меня на этих делах или заберут? Даже не знаю, что интереснее. Хочется раскрыть дело, но и эту головную боль не снимешь. Либо пресса заклюет, либо начальство — не знаю, что и лучше.

Когда полчаса спустя на меня обратил внимание мой руководитель, я уже подумывала о доме. Капитально думала, пробираясь в сторону машины. Именно с такой интенсивностью думала.

— Ты почему не отвечала на звонки? — вопль раненого в самый ливер зверя разнесся в переулке.

— Димитр Александрович, что вы хотите этим сказать? Я здесь с шести.

— Почему я тебя не видел? — децибелов поубавилось, но подозрительности прибавилось в трое.