Повседневная жизнь небожителя

Одна сторона конфликта была многочисленной, но сами воины показаны мелкими и довольно корявыми, зато с другой стороны находились более проработанные фигуры, высокие, сильные и со слегка заостренными ушами. Хоть их и было намного меньше, но возглавлял их некий особо могучий предводитель, который маленьких человечков разрывал голыми руками. Веньхуа некоторое время разглядывал эти рисунки, но больше ничего полезного из них не почерпнул.

Проход в конце тоннеля был закрыт большим камнем, вокруг которого обмотали толстую веревку с едва сохранившимися прямоугольными кусочками шелка на ней.

Похоже, кто-то запечатывал проход с помощью магии, но за столько времени она давно уже выветрилась. На камне были выбиты слова: «Здесь запечатан Ван Хаосюань – звезда несчастья, предавший свой род».

Увидев надпись, Веньхуа нахмурился. Согласно данным Хаммера, этому захоронению должно было быть две тысячи лет. Но заклинатель почему-то без проблем сумел прочитать все иероглифы. Могло ли такое быть, что за столь долгий срок язык вообще не изменился?

Знание китайского Веньхуа получил сразу после попадания в тело заклинателя, поэтому не мог сказать, какие слова устаревшие, а какие – нет, но в нынешнем мире он общался без проблем, так что, наверное, при переселении ему в голову вложили современную версию языка.

Но почему тогда древняя письменность выглядит точно так же, как сегодняшняя?

Древнее зло​ ​

Так и не найдя ответа на вопрос, Веньхуа сдвинул в сторону камень, преграждавший дорогу, и увидел за ним довольно просторное помещение.

Свет химической лампы был не очень ярким, и оказалось сложно хоть что-то разглядеть внутри. Мужчина шагнул внутрь и недалеко от входа увидел меч, воткнутый в землю. Судя по тому, как хорошо он сохранился, это было не обычное оружие. Неподалеку от меча на полу лежало что-то черное, похожее на высушенные водоросли. Опустив лампу пониже, Веньхуа пошел вперед, пытаясь рассмотреть, что это за необычная штука, и откуда она берет начало. Каково же было его удивление, когда выяснилось, что это волосы!

Но еще более шокирующим стал владелец этих волос. На стене, противоположной от входа, оказался распят человек. За все эти годы его тело ссохлось и потемнело, напоминая мумию, с которой сняли бинты. Серовато-коричневая кожа обтягивала кости так плотно, что просматривался почти весь скелет. Даже лицо с ввалившимися глазницами и приоткрытым безгубым ртом больше напоминало череп.