Серёга и Город Мечты

Не прячьте ваши денежки по норам и углам… Несите ваши денежки под выгодный процент, – девушка запрыгнула на стол, обмотала вокруг шеи лисий хвост и начала наяривать на гитаре. – На поле, поле, поле Чудес! По-о-о-ле Чудес! В стране дураков!

- Ха, ищи дурака! Мне, тётенька, дебетовую карту, и никаких накопительных счетов я у вас открывать не буду. Хотя и поёте вы зачетно, и под юбкой у вас тоже всё здорово.

- Ну значит, не пролезло, но я хоть попробовала, – девушка спрыгнула со стола и одернула юбку. Гитара и лисий хвост рассосались сами собой.

– Нам за каждого выявленного Буратино бонус полагается.

- И много наловили?

- Да нормально. На "корейца" хватило, правда в кредит.

- А кредит в своём банке брали?

- А то. У нас по договору попытка проведения финансовых операций через чужой банк приравнивается к измене Родине.

- Это что, вы тоже Буратинки, только по найму?

- Выходит, что так.

- А сама ты откуда, больно говор знаком.

- Из Верхней Пышмы.

- Ну ничего-ничего, ты мой паспорт видела, – Серёга уже перешел на «ты» со своей почти землячкой.

- Так я завтра за картой зайду. К тебе попаду?

- Вряд ли, у нас тут рулетка как в казино. Я тебя не раскрутила, значит завтра кто-то поопытнее начнет крутить. Сергей, скажи по-братски, это из-за трусов? Зря надела?

- Да нет, что ты. Нормальные труселя, мне понравились. Просто у тебя барэ дребезжит, гриф плохо прижимаешь. Небось на нейлоновых струнах училась играть?

- Точняк! А тут металлические выдали, типа клиенту надо резче вливать.

Ладно, у меня следующий клиент на подходе. - И девушка присела пониже за стойку, видимо избавляясь от лишнего предмета гардероба.

Кто-то, прочитав описание Серёгиного похода в банк, сходу скажет, что это бред, мол не могли в банке с зеленым логотипом пообещать сделать карту за две недели. А кто-то, наоборот, будет с пеной у рта доказывать, что в банке с названием, похожим на чью-то фамилию, играют исключительно на нейлоновых струнах. Суть-то в другом – на следующий день наш герой стал обладателем заветного пластмассового прямоугольника и был очень доволен статусной, как он считал, штуковиной.

Полтора ляма были перекинуты на карту, еще миллион оставил в наличке, памятуя о том, что не все платежи можно светить, и не все продавцы хотят, чтоб Родина знала их звонкие смешные имена. Сам он продавцом становиться не планировал, нечем ему торговать, разве что харизмой своей беспредельной или навыками Истинного.