Книга седьмая. Жестокий спаситель

Совершенно другой уровень изготовления стрелкового оружия, нужно сказать! Это не всратые револьверы, не кустарные полуавтоматы, не даже жалкие реликвии и прочие вещи, чьи качества испаряются вместе с функционалом, стоит рядом сдохнуть кому-то из Должников! Это косы смерти!!

Местные, надо сказать, быстро объяснили прибежавшим, что мы ценные и безобидные, от чего черные ребята быстро и решительно поскакали к местному интеркому, начав через него общаться со своими друзьями, близкими и соратниками.

Те, определенно где-то героически погибая, вовсю орали матом на наш десяток, утверждая, что им срочно требуется помощь, огневая поддержка и прочие хорошие вещи. Черные тут же засуетились, куда-то устремляясь.

– Ты за главного! – назначил я Крюгера шлепком по плечу, устремляясь вслед вооруженным гномам.

– А ты куда?!! – удивился на весь зал он.

– Ты их пулеметы видел?!! Соберу с мертвых побольше, а заодно, может, убью тех, кто сюда пришёл!

Наверное, окружающим такой подход не понравился, но как-то пофиг на окружающих, не правда ли?

Сунув в рот еще одну сигариллу, в которые уже начал влюбляться, я бодро поскакал вслед за своими новыми лучшими черными друзьями, ни грамма не думая о том, что мне бы в любом случае таких пулеметов надавали бы вагон, а затем и в жопу бы троекратно расцеловали всем управляющим кригстанским оперативным штабом.

Дареное не интересно, а вот взятое – совершенно другой вопрос! Кроме того, я предпочту встретить своих собратьев в окружении дружески настроенных ко мне пулеметных гномов,а не в зале, полном смертников.

«Дружески настроенные», вместо того чтобы обделаться от счастья, начали на бегу крыть меня половыми органами, посылая в разные места, но в основном – назад в центр, который якобы защищен. Я в ответ мирно отгавкивался, убеждая незаконнорожденных ошибок греха обезьяны и крота не шелестеть, а показывать сторону, в которую надо воевать. Пока это делать мне было нечем, но каждый из черных рукосуев, наивно полагающих, что он боец против кида, представлял для меня уникальную комбинацию защиты в виде своего мертвого тела и пулемета в качестве оружия под правую руку.

Гномы хрипели, сопели и ненавидели меня устно, но, видимо, стимул помочь своим им был важнее всего.

Бежали мы, к моей большой тревоге, очень недолго.

Два могучих зеленоватых полуорка рвались сквозь заслоны как ржавый нож сквозь кожу в печень.