Книга седьмая. Жестокий спаситель

Пришлось ему объяснять про души, миры, реинкарнацию, очистку и взаимосвязь. Мол, кто где родился, там и пригодился, но в нашем случае всё по-другому. Красивые и умные мы, которые в худшем случае могли переродиться какими-нибудь веганами-блоггерами и топить за ЛГБТ в далеко не самом худшем из миров, будем вынуждены остаться здесь и жрать говно с кровью полной ложкой дальше, потому что веры у нас, кидов, в Кендру нет. И не надо смотреть квадратными глазами, товарищ военный, никакой памяти у перерожденных не сохранится, от чего обиднее втройне.

Плохо быть терминальным дебилом, но куда хуже знать, что ты им будешь много раз.

Впрочем, Церху за такой обсёр родного мира тоже было очень обидно, но гном это удачно скрывал заливаемой внутрь водкой. Причем, нажраться он планировал на полном серьезе, вполне адекватно полагая, что это последний раз в жизни. Уж больно серьезной была наша первая цель.

– В жопу всё это… сейчас, – подумав, обозначил свою позицию Крюгер, – Вообще не вопрос, пока что. Сейчас тут еще чуть-чуть сидим, потом берем с собой побольше, идём к нам в гости.

Решим один важный политический вопрос, а затем нажрёмся. Если выживем.

– Чего? – офонарел наш новый собутыльник, но лысый уже махал бутылкой, звал официантку, да и вообще вёл себя так свободно, как будто не собирался на несколько смертельно опасных дел подряд с суицидом в конце. Подозревая, что грядёт, я просто посоветовал вояке выпить еще. Он совету последовал.

…но в сопли не нажрался. Молодец какой, прошёл проверку на вшивость.

Назад мы шли тепленькие, но в своем разуме. Местные выделили нам несколько номеров в гостинице, бывших едва ли лучше кают на «Авроре», но из вежливости мы их заняли. Там нас и дожидались Эскиольда, Стелла, ну и, соответственно, лежащий трупом Волди, который, несмотря на своё терминальное состояние, вполне мог жрать самостоятельно, если ко рту поднести еду. Хороших клонов драконы делают.

Пока шли, я еще раз восхитился кригстанцами. Сосредоточенно и сурово живут своей повседневной жизнью, работают работу, ходят едва ли не строем.

Громкоговорители, расставленные тут под землей через каждые 20 метров, негромко, но отчетливо передают новости, причем не просто хорошие, мол у бабки там репа дивная взошла, а прямо сообщают, что в том или ином городе жопа, куда идут беженцы, когда они придут, и всё такое. Местные слушают, сдвигают брови еще сильнее, настолько, что, наверное, дырка в жопе приоткрывается, но работают дальше.