Под чёрным солнцем

— А вы, такое впечатление, с юга? Говор немножко не московский.

— Краснодарская я, — Хомка тихо улыбнулась. — Была. А теперь не знаю какая. Стоит в паспорте регистрация в Нижегородской области, но я туда так и не добралась, денег не хватило. И не хочу уже – мы смотрели, там полуразвалившийся домик в глухой деревне. Сад я, конечно, приведу в порядок, но дом-то не отстрою сама! Да и боюсь одна жить.

— То есть вам просто купили какую-то развалюху где попало, чтобы была формальная регистрация? — сразу понял Иван Алексеевич.

— А родители-то ваши где?

— Не знаю, мне всегда говорили, что «их нет», — задумчиво ответила девушка. — Сколько себя помню, всегда с тётей Верой жила, а теперь её дети в город забрали, заболела она. И дом продали, а новый хозяин сказал, что купил мне такой же домик с садом, и денег дал доехать, но мне только до Москвы хватило.

«Вот бывают же такие гады!» — хирург слегка отвернулся, чтобы пугливая Хомка не видела его злого лица. — «Всё понятно – жила сиротка у дальней родственницы без всяких прав на имущество, а новые хозяева её на улицу выставили.

Нет, кому-то другому такого старта, может, и хватило бы, но не этой же всего боящейся мышке!» — он, немного успокоившись, взглянул на девушку, плывущую в каких-то своих грёзах. — «Совершенно ведь к жизни не приспособлена. Нет, не в том смысле, что лентяйка и неумёха – она наверняка много чего умеет, но не умеет жить в реальном мире. Да что там «не умеет» – попросту боится! И хорошо, что не доехала до деревни этой – ведь пропала бы одна…»

— Хомка, мы здесь! — появилась Ната, держащая ларец с регалиями.

— Платье и туфли сейчас Леренна принесёт, она посвящение свидетельствует, а облачать тебя будет Маахш. Иван Алексеевич, вы можете пока не заходить в спальню? — смущённо спросила Лесная Сестра.

— Конечно, Наточка! — подмигнул хирург. — Женщине нужна спокойная вечность, чтобы быть красивой, так что не торопитесь.

«Ну как?» — прочитал он через несколько минут мечтательный взгляд Хомки, на которой переливалось туманными волнами бледно-зелёное, лунного оттенка длинное платье.

— Фея лунных грёз… — восхищённо выдохнул Иван Алексеевич.

— Я такая и есть, — прошептала девушка. — «Сказка – в лунном озаренье – лунный лик, в мире снежном на мгновенье – лунный блик…»

— Вы знаете эти стихи?! — старик не на шутку удивился. — Откуда?

— Просто знаю, — слегка смутилась Хомка.

— Тамара, посмотри сначала не в зеркале, чтобы хоть привыкнуть немного, — Леренна открыла ларец.