Орден Синего Кролика

И всё же чьей-то темной волей опять стоим друг перед другом. Сразимся, сыновья отцов, погибших в схватке, обоюдно? Во славу их зальем друг друга кровью чёрной? – облако закрыло солнце, и на мгновенье вместо тщедушного барда перед исполинским волком оказался широкоплечий воин в кольчужном доспехе. И не гитара была за его спиной, нет, не гитара, но обоюдоострая секира. Зверь громогласно зарычал и подобрался, готовясь к броску.

– Или по древнему обычаю признаем не случившуюся смерть достойным откупом, а пролитую кровь признаем смешанной, как водится в обряде побратимства? Положим ли конец вражде, срубив деревья наших жизней или оставив их расти? Решай.

Сегодня это право я отбираю у судьбы и отдаю тебе.

Жёлтые глаза зверя, не мигая, смотрели на Лоризэля, но в них по-прежнему отражался рыжебородый воин. Волк встряхнулся и вдруг прислонился своим лбом ко лбу фальшивого альва.

– Ну, здравствуй, брат. Поможешь выбраться из леса?

[1] Бразильский леший. [2] Каждый участник получил камень трансгрессии с функцией указания места назначения и возможностью экстренного перемещения участника в случае получения значительного ущерба здоровью (КТ-У).

[3] Маскирующий артефакт. [4] Скандинавско-германское название эльфов. В лесу Гонта не водятся ни эльфы, ни альвы. Иначе егерь знал бы, что рост этих субтильных типчиков не превышает пятнадцати сантиметров. Таким образом, Лоризэль не только вылитый, но и сильно растянутый альв.

ДЕВЯТАЯ ГЛАВА. В которой возникают плохие идеи, кто-то поёт, кто-то дерётся, а Хрюня ищет и не находит.

Василиск пожирал себя ужасающим подобием Уробороса, обернувшись вокруг стремительно жухнущих зарослей бересклета. С утробным рычанием он пронзал своё тело острыми клыками и, подтягивая мощную пасть, всё глубже и глубже заталкивал в пищевод хвост. С выражением злорадного удовольствия над ним стояла женщина лет пятидесяти и, не отрываясь, смотрела в застывшие на уровне её колена апатичные невидящие глаза.

За деревьями, скрывающими чащу леса, громко хрустнула ветка. Женщина потеряла концентрацию, и глаза чудовища сейчас же вспыхнули болью и яростью. Одним сильным рывком василиск выдрал хвост из пасти и, не обращая внимания на застрявшие в чешуе зубы, обернул окровавленную морду в сторону обидчицы. Последним, что увидел змей, стал магический пасс, обрушивший на чешуйчатую морду с петушиным гребешком энергетический пресс, весом с небольшую скалу.