Агентство "Ван Хельсинг"

Мирослава растерянно посмотрела на учиненный шторм и попыталась собраться с мыслями. Конь снова заржал, подошел к хозяйке и ткнулся мокрым носом в шею. Она попятилась, вскочила в седло и помчалась в сторону пальмового леска – ей почему-то хотелось посмотреть на порождение своей ярости. Защитный купол, который она теперь решила называть просто Щитом, взметнулся вокруг нее миллиардом искр. Ветер гнул гибкие стволы пальм к самой земле, морские волны яростно разбивались о берег. Сверкнула молния, прогремел гром, и угольно-черная туча разразилась ливнем.

Вода медленно стекала по Щиту, не закрывая при этом Мирославе обзора. Она смотрела на бушующую стихию и громко смеялась. В этот момент она, как никогда, чувствовала себя повелителем Эфира.

Глава 5

Яркое весеннее солнце заливало золотым светом гостиную, отражаясь в стеклах серванта, из приоткрытого окна веяло прохладным ласковым ветерком с запахом свежести и распускающихся почек. Цветочные магазины пестрели нарциссами, крокусами и гиацинтами.

Аня прокрутилась перед зеркалом в милом желтом платье, подпоясанном темно-синим пояском, и взялась за утюжок. Звонок в дверь застал ее на последнем локоне, Аня бросила прическу и бегом бросилась открывать.

На пороге стояли весело улыбающийся Антон с воздушным шариком в руках и улыбающаяся Лиляна, по такому радостному поводу даже надевшая свободную темную блузу со строгой золотистой вышивкой.

- С днем рожденья!– нестройным хором выкрикнули они.

Антон невесть откуда доставший хлопушку, громко ей бахнул, обсыпав именинницу конфетти.

- Как мило.

Аня зарумянилась, чуть застенчиво улыбнулась и бросилась обниматься.

- Ты уже собралась? – когда с поздравлениями и объятиями было покончено, спросил Антон.

- Да, почти. Осталось только обуться.

- Тогда обувайся и поехали. Люди ждут.

- Да-да, - закивала Аня и заметалась по квартире в поисках телефона, сумочки, кошелька и туфель.

***

Мирослава сосредоточенно гладила белую рубашку, лицо ее было бледным и измученным – она уже неделю не могла нормально спать.

- Как думаешь, мне лучше черную или голубую рубашку надеть? – громко спросил он, высовываясь из-за дверцы шкафа.

Чародейка вздрогнула, ее лицо всего на секунду исказила гримаса боли.

- Зачем так орать? – тихим безжизненным голосом пробормотала она и, помолчав, добавила, - голубую надевай. Если нужно, я поглажу.