Тень мага

Он не выдержал, сломался, в комнату хлынули дикие горные мальбы с ятаганами в руках. Хантер уцелел буквально чудом. Один из всех.

А потом был приют, добрые сестры-самаритянки и тоска по воле, по одиночеству, по волку. Именно тогда, в одну из бессонных ночей, в палате, где спали еще двадцать детей, он вдруг понял, что это надолго и единственный способ вернуть свободу — быть лучше всех. Он преуспел, научился не обращать внимания на завистливые насмешки и сторониться тех, кто навязывал дружбу, потому что она была тоже несвобода, хуже прямого рабства, поскольку путы ее было скинуть труднее.

Потом он вырос, ушел из приюта, занимался какими-то глупыми делами, где-то работал, пытался выжить, пока в нем не проснулся его талант, его свойство видеть нити судьбы. И тогда он стал охотником на черных магов. Они ему не нравились, поскольку отнимали у людей свободу. А охотники ее возвращали.

Да, это было так. Давно, очень давно... И все-таки, может быть, он стал именно охотником, а не черным магом, поскольку это дозволяло ему хоть как-то приблизиться к волку?

Хантер выкинул окурок и пристально посмотрел на няньку, как раз проходившую мимо.

А нянька, ясное дело, перехватила его взгляд. Она замедлила шаг, ответила заинтересованным взглядом. Самая обычная девушка со стройными ногами и крепкой грудью. Для краткого знакомства – одно удовольствие. Да и аура нитей судьбы у нее была довольно подходящая. Может быть, только слишком темпераментна в постели.

Он с равнодушным видом отвернулся. И девушка, замедлившая было шаг, покатила коляску дальше.

Вот так и никак иначе. Прежде всего надо закончить дело. Ох уж эта вампирша, ох уж эта сеть, оставшаяся после черного мага...

Прошло еще минут пятнадцать, до Хантера вдруг дошел смысл происходящего, и он улыбнулся.

Няньки фланировали мимо него одна за другой, словно на параде. И конечно, каждая хотела, чтобы выбрали ее, но не поскольку он им нравился.

Зачем бы это сидеть в скверике совершенно незнакомому мужчине? Только чтобы познакомиться с одной из них. А как при этом устоять и не попытаться натянуть нос конкуренткам? Да никак.

Когда пятая по счету нянька словно бы случайно уронила неподалеку погремушку в виде пузанчика-крестьянина и, наклонившись за ней, продемонстрировала цвет своих подвязок, Хантер тяжело вздохнул и покинул сквер.