Ойме

Только большая каменная лысая голова, и та маркерами исписана.

– А, так это другой Дом культуры. Тот новый, а я говорю про старый. Он тут рядом, за синим забором. Заброшен давно.

Яна обернулась, куда-то внимательно посмотрела. Дёрнула подбородком. Наверное, искала Дом культуры и расстроилась, что не нашла.

– Я вам ещё нужна? – спросила Лёка, от души надеясь на отрицательный ответ. Хотелось принять горизонтальное положение часов на пятнадцать.

– Можешь идти, – милостиво сказала Лариса. – Оставшиеся пачки возьми в качестве чаевых.

Гонорар пришлём на карту.

Лёка быстро сняла униформу и накинула куртку.

– Сёмве пристроила? – спросила Лариса, передавая ей две пачки зернового кофе.

– А, да… – промямлила Лёка. Честно признаться, она про эту штуку напрочь забыла.

– Не ври, если не умеешь, – строго сказала Лариса. – До свидания.

Лёка почувствовала, как шея покраснела. Быстро попрощавшись, она побежала домой, чтобы принять ванну и завалиться спать.

Когда проснулась, солнце уже садилось.

Ярко-розовые лучи веером расходились из-за тёмно-синей тучи, обещавшей скорый дождь. Пить кофе вечером как-то неправильно, тем более что она уже варила его утром. Так что пришлось довольствоваться овсянкой и чаем с лимоном.

Пока заваривался чай, Лёка сидела у себя на балконе, завернувшись в плед, и наблюдала, как сгущались осенние сумерки. Скоро стало совсем темно, и пришлось включить бра, свет от которого сделал пространство балкона уютно-жёлтым. Даже как будто теплее и комфортнее стало.

А то от одиночества в этом углу иногда аж выть хочется.

По оконному стеклу забарабанили первые дождевые капли. Кто-то включил прожектор у подъезда, и резкий свет графикой прорисовал мокрые деревья, размахивающие ветвями на ветру.

Раньше в такие вечера Лёка делала уроки или занималась вместе с мамой какими-нибудь рукоделиями. А иногда готовкой – мама передала ей бабушкины рецепты и научила печь пироги. Особенно хорошо Лёке удавалась ватрушка с фруктовыми прослойками.

Если бы всё было по-старому, то сейчас папа с Егором смотрели бы телевизор, а Лёка с мамой на кухне закатывали бы какие-нибудь поздние банки. Прошлый год был яблочным, так что повидло и мармелад варили аж до ноября.

А теперь мама и отец работают в мастерской почти до ночи – Егору-то квартиру надо обставить, хотя они половину мебели из бывшей комнаты Лёки уволокли. Да ещё Каролина всё ноет, что машина старая, и ей стыдно на такой показаться перед подружками.