Ойме

Хотелось кашлять, и Лёка прикрыла лицо шарфом. Наконец показались мастерские. И первым, кого встретила Лёка, стал тот самый хам с ребёнком из автобуса.

– А, рожу-то прикрыла. Правильно, нечего людям психику травмировать. И пешком ходи – хоть похудеешь.

Лёка с трудом поборола желание попросить у отца ломик и огреть этого папашу. Кого он воспитает с таким поведением? Даже думать противно.

– А ты чего здесь? – откуда-то появился отец. Увидев мужика с ребёнком, кивнул ему: – Машина готова, сейчас можете забирать.

– Мне надо с Егором поговорить, – сказала Лёка, придерживая шарф.

– И о чём таком важном? – усмехнулся отец. – Раз даже сама сюда приехала.

Лёка глянула на клиента, ожидающего машину. Отец кивнул, и они ушли.

Достав телефон, Лёка позвонила Егору и попросила выйти. Он появился через несколько секунд. Подошёл, вытирая грязные руки засаленным полотенцем.

– Ну? Чего тебе? – спросил Егор, закинув полотенце на плечо.

Лёка молча показала брату фотографии.

– И что? – мрачно спросил Егор.

– Она тебе изменяет с Робертом Крутовым, – тихо, но выразительно сказала Лёка.

– Слушай, что ты всё вынюхиваешь, а? – Егор пошёл на сестру, тараща глаза и скаля зубы. – На кой ты припёрлась вообще? Какое твоё собачье дело, что у нас происходит? Мы теперь отдельно живём, в нашу семью больше не лезь!

Лёка, впервые видевшая брата таким разъярённым, испуганно пятилась. Оступилась и упала, больно попав руками на бетонную плиту. Егор замахнулся и ударил её полотенцем по лицу.

– Тварь ты паршивая! Выродок!– И каждый выкрик сопровождался ударом.

Лёка пыталась отползти и одновременно закрыться руками, но Егор был выше – стоял над ней и орал. Сквозь мелькание и обжигающие шлепки по рукам возникало его лицо – тощее, и бледное, больше напоминающее череп с налитыми кровью глазами.

Наконец удары закончились, Лёка смогла открыть глаза.

– Ты что творишь?! – Отец отобрал у Егора полотенце. – С ума сошёл?!

– А чего она лезет?! – Егор повернулся к Лёке и плюнул в неё.

Отец отвесил Егору такую оплеуху, что его отбросило на несколько шагов.

– Пошёл вон! – прокричал отец, швырнув в сына упавшее грязное полотенце. Тот плюнул под ноги отцу и скрылся в мастерской.

Лёка поднялась на ноги.

– Что ещё стряслось? – устало спросил отец.

– И часто с ним такое? – Лёка кивнула вслед брату, отряхивая джинсы.

– Да почти каждый день. Ну?

Лёка показала отцу фотографии.