Ойме

Квиле отпустил руку Августа и, мрачно глядя на Марту, покачал головой в разные стороны, будто разминая шею. Август, сидевший на полу, поднялся и, прижимая руку к груди, выбежал из зала.

Марта глянула на Лёку, потом молча пошла за сыном. Лёка выдохнула, повела плечами. Кофе как раз приготовился. Она принесла чашку гостю и, улыбаясь, поставила на стойку.

– Ваш эспрессо. Пожалуйста.

У мужика, оказывается, челюсть отвисла. Он закрыл рот и только коротко кивнул.

Уходя, оставил неплохие чаевые.

Удивительно, но в эту смену почти все гости оставляли чаевые. Может, из-за макияжа. Может, по другой причине. Но все ведут себя культурно, не скандалят. Не то что в городе, где повсеместно слышны крики и ругань.

Может, череп не то чтобы тянет из людей души, а пробуждает низменные инстинкты? У кого что накопилось гнилое, то и лезет наружу? В любом случае, надо это прекращать. Но сначала надо разобраться с Каролиной и Егором.

Лёка смотрела в чашку из-под капучино, оставленную кем-то из гостей. По стенкам растеклись волны, человека ждали ухабы на его пути.

И тут у Лёки мелькнула мысль. Если Яна говорит правду, и они следят за Робертом, провернуть план будет не так уж сложно. Главное, чтобы он был не трезвым. И Лёке понадобится хороший грим, чтобы он потом не смог её узнать, если случайно встретит. И, конечно, мазычи должны согласиться помочь.

После смены Лёка постучала в кабинет Марты. Там, кроме хозяйки, были ещё Яна и Квиле.

– У меня есть предложение, – сказала Лёка, закрыв за собой дверь. – Я помогу вам с черепом, если вы поможете мне в одном деле. Вам это, наверное, тоже будет интересно.

Последнюю фразу Лёка произнесла, глядя на хозяйку.

– Заинтриговала, – улыбнулась Яна. – Ну, выкладывай.

– Нам понадобится хороший грим и встреча с Робертом Крутовым на пустынной улице.

Глава 14. Нити-привороты

Лёка сидела на заднем сиденье машины мазычей. По рулю барабанила пальцами Лариса, Яна рядом наносила последние штрихи макияжа.

– Ну? – Яна повернулась к Лёке. Выглядела она как карикатурный трансвестит: в парике, с приклеенными ресницами, нарумяненными щеками и губами на пол-лица.

– Ничего так, – сказала Лёка. Оказывается, в горле пересохло. Собственное отражение было почти копией Яниного.