Линии Леи

Нужен очень веский повод, чтобы Вересаева лично проявила интерес к кому-то из сотрудников.

Но штабист сегодня отсутствовал. А кадровик, несмотря на то, что ещё вчера успел просверлить мне весь череп своими нравоучениями, сейчас молчал, словно рыба. Что же я сделал настолько сильно не так? Какие детали ситуации упускаю?

Тут на соседнем стуле неосторожно раскашлялся Сфинкс. Вересаева, не сводя с меня глаз, ткнула в его сторону пультом.

– Какого чёрта вы напали на коллегу? Вы что, до сих пор не знакомы с коллективом? Или в ваших краях сломать кадык – такой способ знакомства?

– Виноват, – признал я.

 – Не узнал без грима. Это он сейчас на человека похож, а там выглядел, словно тюлень в психическом припадке.

Сфинкс, нужно отметить, разительно отличался от себя вчерашнего. Одетый, обработанный тональным кремом и пудрой, с цветными контактными линзами в глазах – он выглядел человеком. Только скинутый на плечи капюшон портил впечатление, потому что выступающий затылок и отсутствие ушей не замажешь гримом.

– Ситуация выглядела так, словно это он напал на пассажиров. Я действовал по обстоятельствам.

– Да уж, бывали со мной обознатушки, – заметил Сфинкс и сверкнул треугольниками зубов, – Но двумя каблуками в морду ещё никто не приветствовал.

– Я же извинился?

– Позже будете любезностями обмениваться! – перебила Вересаева. – Сфинкс, вы же не первый год на линии, понимали последствия, к чему было устраивать переполох?

– Там иначе не получалось, – развел руками оперативник.

 – Очень мощная тварюга. По пять человек за раз подчинял, и ещё оставалось сил меня хлестать. Ушел бы он, честное слово, если бы стажёр зажигалкой вовремя не чиркнул!

Вересаева свела брови, словно внезапно вспомнила о чём-то важном и обратилась к технику по вооружениям Сергею Червякову.

– Сколько всего за смену истрачено контрольных предметов?

– Два, Елена Владимировна! – с готовностью отрапортовал тот, словно ждал именно этого вопроса.

– У сфинкса, как обычно, бутерброд?

– Я не виноват, что смена с четырех, а буфет открывается в восемь! – подал голос Сфинкс, ничуть не смутившись.

Вересаева закатила к потолку глаза, демонстрируя, что эта тема ей давно надоела.

– Макгаффины применяются не для удовлетворения ваших желудочных позывов! А чтобы следить за изменениями в интуиции! И это важно.

– Да, я знаю, – кивнул Сфинкс.