Последний Контракт Том 4.

Их смели, будто бумажную преграду, вырезая каждому на своём пути.Адам пытался сопротивляться. Сражался, как мог. Но что ему было противопоставить десятерым одарённым, будучи в одиночку? Его просто задавили грубой и слаженной силой, а дальше... Он очнулся в этой самой камере. В холоде, грязи и голоде.Он не был дураком и понимал, что за подобной атакой не мог стоять простой род аристократов, а значит... Его смертный приговор подписал сам император Российской Империи. Но почему? Что он сделал и чем разозлил подобного человека? Вражды между ними не было и его клан всегда чтил традиции империи.

Да, Шефер порой действовал в тёмную и пример тому, произошедшее с одной прекрасной девушкой по имени София. Но разве волнует Российского императора какая-то девчонка, хоть она из вымершего монаршего рода? Отношения с его кланом должны быть гораздо важнее.Дверь темницы открылась, впуская в темную камеру лучи света потолочных ламп, на короткую секунду ослепивших Адама.— Вам понадобиться помощь? — донёсся до его слуха голос главного тюремщика. Жестокого и злого человека, дубинка которого унесла не одну жизнь в этой тюрьме.— Нет, благодарю, — вторил ему другой голос, который Шефер узнает из тысячи!Дверь камеры закрылась и темнота вновь стала царствовать в помещении. Звук падающих капель смешивался со слабым дыханием Шефера, всматривающегося во тьму угла камеры и пытающегося разглядеть хоть что-то.— Ну как тебе здесь? — услышал он юношеский спокойный голос. — Не люксовые апартаменты, но тоже ничего, да?— Зачем ты пришёл, Романов? — слабо ответил Шефер, вопросом на вопрос. — А то ты не знаешь, — услышал мужчина и в следующую секунду темницу озарил тёмно-серый свет пламени.Тихий вскрик покинул лёгкие Адама, с ужасом смотрящего на горящее пламя в руках мальчишки. Он ласкало его синюю куртку, будто танцуя и защищая.— Ч-что мне сделать, чтобы ты пощадил меня?... — попытался торговаться Шефер, цепляясь за маленькую соломинку надежды.В ответ же, он получил лишь широкую ухмылку юноши, вслед за которой тот сделал шаг к нему и вытянул руки. ..— Никакой пощады.... А дальше, пришла боль.Всё нутро Адама буквально разрывалось от невыносимой агонии. Кожа плавилась и сползала на грязный пол темницы, кровь запекалась и отдавала запахом гнили. Мышцы превращались в пепел, как и кости... Руки, ноги, мужское естество... Каждая частичка некогда главы клана медленно сгорала в тёмно-сером Пламени Бездны.