Ведьмы Джексонвиля

Из возникшего провала выскочил  пламенеющий скелет лошади, и окрестности огласило леденящее душу ржание,  по сравнению с которым вопль баньши показался бы колыбельной. Жнец  запрыгнул на своего скакуна и ринулся в погоню. Грохот копыт заглушал  даже рёв истошно молотящего мотора Бруми, но всё-таки всадник отставал  от летающего байка. 

Внезапно  всё исчезло: и Жнец со своей ужасной лошадью, и тусклые цвета астрала, и  бешено бьющееся в груди девочки пламя. Действие заклинания прошло, Ташу  выбросило из потустороннего мира.

Боль в голове мгновенно усилилась, а  изо рта хлынула кровь. Из последних сил Таша подняла мотоцикл над  трассой. Она мчалась прочь от невидимой погони, пока не лишилась сил. 

***

Таша пришла  в себя от того, что кто-то настойчиво вылизывал её лицо. С трудом  открыв глаза, она увидела Фелицию. На питомца было жалко смотреть:  всклокоченная  шерсть стала бледнее, правый глаз не открывался, а  опущенный хвост слегка подрагивал.

Кошка словно вернулась с того света.  Ведьма попыталась встать и поняла, что её состояние не лучше. 

Фелиция  хрипло мяукнула. Таша собралась с силами и огляделась: мотоцикл застрял в  кроне высокого тополя – похоже, это случилось на излёте, когда  двигатель уже заглох или работал на холостых оборотах. Дерево сбросило  почти всю листву, но упругие ветви удержали Бруми и его пассажиров. Таша  зацепилась жилеткой за сук, а девочка чудом не свалилась с мотоцикла.

Вокруг,  насколько хватало взгляда, была дикая местность: опушка леса и  припорошенные первым снегом поля. Пасмурный день уже перетекал в  сумерки. Одному ветру известно, как далеко они смогли улететь от Жнеца.  Ведьма не ощущала близкого присутствия Смерти, а для заклятий у неё  просто не осталось сил.

Ташу  колотило. Давно забытый октябрьский холод пронизывал нагое тело до самых  костей. Значит, она настолько исчерпала запас внутреннего огня, что его  не хватало даже на защиту от внешней среды – самые простенькие чары,  которым обучали молодых ведьм перед тем как посадить на метлу.

Таша не  знала, сколько времени ей потребуется на восстановление, но если в  ближайшее время она ничего не предпримет, то умрёт от переохлаждения. 

Трясущимися  руками девушка сняла с вилки “Бруми” свёрнутый шерстяной плед и  укуталась в него, словно в плащ.