Вик Разрушитель 3

Правда, зрителей, которые могли бы оценить подобную феерию, рядом не оказалось. Да и потом, во время жесткого приземления в незнакомом лесу, восторженность души была омрачена сильным ударом о землю, да таким, что едва сумел встать. Почему-то пропала концентрация на воздушных потоках. Ломая ветки, Ломакин упал на спину и полдня отлеживался на мягком мху, страдая от ожогов и болей по всему телу. Ребра он сумел кое-как срастить, а вот регенерация кожи затянулась надолго, потому как Сила была исчерпана до донышка.

Так должна ли его мучить совесть перед Аксиньей Федоровной? Считал ли он постыдным скрывать истинное свое предназначение? Ломакин не привык рефлексировать; он выполнял работу, за которую платят.

А больше всего на свете Странник доверял людям, которые четко оговаривали условия сделки и готовы были платить за проделанную работу. Князь Георгий из таких именно людей, так чего стыдиться? Ведь чародей пытается вернуть в семью их сына. Это хорошая сделка.

- Я написала, - голос княгини выдернул Ломакина из раздумий.

Она протянула мужчине так же сложенный в несколько раз лист писчей бумаги. Если Андрей доверился этому человеку, зачем и ей вкладывать письмо в конверт? – Там всего несколько строк, но Вик поймет, что делать. Вы когда сможете передать ему?

- На днях я буду у Булгаковых, - Странник положил записку в карман рубашки. – Нанесу визит вежливости. В качестве будущего преподавателя могу себе позволить возможность познакомиться с учениками.

- Будьте поосторожнее с этими людьми, - даже намека на улыбку не появилось на лице Аксиньи.

- Хотите сказать, мягко стелют, да жестко спать? – попытался пошутить Ломакин. Чтобы знать противника, нужно хотя бы, для начала, прощупать его. Бояться и отгораживаться – самый неверный шаг в долгосрочной стратегии. – Не переживайте, Аксинья Федоровна. Думаю, общий язык мы найдем.

Он откланялся и покинул поместье Гусаровых. Княгиня тут же заметалась по дому, уже зная, к кому сейчас поедет. Муж еще не покинул Москву, завершая сделки с банками и частными лицами.

Правда, вчера вечером Георгий позвонил и предложил отметить отъезд хорошим ужином, но только в конце недели. Он добавил, что не отказался бы увидеть Аксинью гораздо раньше.

Мамонов почему-то упорно отказывался приехать в ее дом. Что ж, если муж побаивается отца, она ради сына переступит через свою гордость и через порог гостиничного номера.

Следовало прежде позвонить Георгию, ведь он мог быть где угодно, только не в гостинице.