Святоша. Путь стража

— княжна прикусила губу, идеальное личико пробороздили морщины. — Ночью, я не уследила, ты ушел и... Мы нашли тебя внизу, без сознания и ты говорил ужасные вещи. Илья...

— Ржевский, у вас белочка! — вклинился монах, как-то не очень добро заржав.

Ох, нет. Голова гудела так, будто я и правда приложился ею обо все острые углы. Но милая безобидная зверушка тут точно была не при чем.

— Чего?

Чего, ёб вашу мать?

Глава 2

В краткий миг слабоволия я решил, что мне вообще всё это привиделось. История про миры, владык и богов.

— Ещё раз, — очень медленно, почти по буквам, произнес я: — Что произошло? Где Сэл?

На кухне были все, кроме демона и бродяги. Встревоженные рожи нависали надо мной, как хмурое питерское небо. И никто, похоже, не понимал суть моего вопроса. Вот что-то подобное я помнил из короткой лекции от наставника про одержимых. Что никто и ничего не вспомнит.

— Какой Сел? — пробасил Карл, раздвигая тучу рож и одно прекрасное лицо княжны.

— Сэл, — на какой-то поправил я, хотя уже понял проблему.

Надежды на спасение в этих необременных воспоминаниями лицах не было. Посмотрели мои друзья на меня с одинаковым диагнозом. Перебор с домашней реабилитации.

— Илья, — вкрадчиво произнес наставник. — Ты как вообще?

— Да будто нагнули всех, кроме меня, — честно ответил я, поднимаясь.

В голове обезьянки били в медные тарелки. Потертые и усталые. Что несчастные животные, что их снаряжение.

На ногах я почувствовал себя более уверенно. Так, что потребовал завтрак на всех. Его доставили быстро и аромат жаренного бекона заполонил сразу всё. Хрустящий тост, сверху бекон, на нём то самое яйцо пашот, зелень и божественный соус.

— Яйца Бенедикт, ваше сиятельство! — торжественно проорал Ларс, словно эти яйца вдруг стали священнее моих.

Я проглотил этот гастрономический изыск, едва почувствовав мастерство повара. После этого появились пышные сырники, запеченные в духовке и тающие от движения маленькой вилки.

В такие моменты становится реально пофиг, свихнулся ты или нет.

Румяный бочок, на котором расплавляется густая сметана...

— Фто ф фладыками? — не откладывая, задал я вопрос.

— Ф фмысле? — Глеб уделал всех по скоростному поеданию, но всё равно пока не успел доесть.

— Ф фмысле... — я прожевал, удержался от искушения взять ещё и намекнул: — Ну они разнесут этот мир.

Запнулся, подавившись.