Девочка с плеером

Кроме Насти, она была под большим подозрением, сидела в застеколье и никто ей не занимался. Данила очень хотел быть с ней, но не имел права. А не занимались Настей, потому что приехавший чиновничек из Администрации потребовал взять группу Филолога живыми. Медведь, очень дороживший своими людьми, естественно, был резко против. Данила в глубине души был с ним согласен. Взять в плен противника, изучить его, допросить, может, даже переманить на свою сторону, это правильный подход. Но вот так, внезапно, без тщательной подготовки, да ещё целую группу? Тут без жертв не обойдётся, и не факт, что цель будет достигнута.

Но Костюм (так Данила про себя называл Евгения Фёдоровича) нажимал, пусть и деликатно, и Медведь был вынужден соглашаться.

В какой-то момент Данила уловил краем глаза странное движение. Он, не меняя положения тела, повернул голову, и увидел, что Нюхач осторожно машет ему рукой. Увидев, что Данила смотрит на него, Нюхач показал пальцем на камеру временного содержания. Там сидела Настя…а нет, не сидела.

Камера была пуста.

Мозг Данилы яростно заработал. Настя ушла, да так, что никто не заметил. А в голове у самого Данилы почему-то назойливо крутилась та самая песенка «Я-невидим». Видимо, она повторила свой фокус с исчезновением, и теперь куда-то направляется? Видимо, Цезарь всё-таки промыл ей мозги, и она спешит к нему с донесением? Нет, нелогично. Логично было бы стать вдруг хорошей дочерью, поступить на работу в ОБМ и годами носить Цезарю информацию.

Так что не к Цезарю она бежит, а к Филологу. Неужели он ей промыл мозг? Нет, он таким не занимается. Значит, всё-таки Настя проснулась через него и сейчас добровольно спешит предупредить его о планирующемся захвате. Остановить её вряд ли получится. Так что к моменту штурма Филолог будет готов. К чему готов, вот вопрос. Он из тех, кто решает проблемы как можно более мирно, иногда даже в ущерб себе. Значит, они просто сбегут. Значит, штурм будет впустую. Значит, никто не погибнет. Костюм получит свой штурм, а Медведь никого при этом не потеряет.

Приняв решение, Данила через стекло посмотрел Нюхачу прямо в глаза, потом демонстративно зевнул, опёр щёку на ладонь правой руки и так же демонстративно задремал. Он увидел, как Нюхач, ехидно улыбнувшись, положил руки на стол, голову сложил на них и закрыл глаза. Примерно то же самое сделал и Корявый, который, как оказалось, наблюдал за ними, причём тот ещё и одобрительно подмигнул Даниле.