Принцесса где-то там

В одной части города сложности с тем, чтобы найти место для машины, в другой, там, где места есть, ты и сам побоишься ее оставлять. Отчасти я не мою свой «тахо» именно по этой причине - так он менее привлекателен для угонщиков.

Ну и еще ему уже почти десять лет.

А для совсем недогадливых угонщиков я держу полицейскую мигалку между передними пассажирскими сиденьями.

-Кларенс приехал, - сказал Дерек, прерывая поток посторонних мыслей, которыми я хотела отвлечься от происходящей этим вечером катастрофы.

Я поднялась со стула.

-Мне жаль.

-А уж мне-то как, - сказал Дерек. - Иди уже, ты не даешь мне начать пить, думать о том, как все могло бы быть замечательно, и жалеть себя.

Когда я ушла, он так и продолжал сидеть за столиком и смотреть на два нетронутых бокала с шампанским. Наверное, вылавливать пальцами кольцо, которое девушка не приняла, да еще под взглядами сочувствующей публики, это то еще удовольствие… Подумав об этом, я почувствовала себя еще более виноватой, но возвращаться в любом случае не стоило.

-Что-то случилось, мисс Кэррингтон? - спросил Кларенс, когда я села в поданную к главному входу машину. - Вы поссорились?

-Хуже, - сказала я. - Мы расстались.

Наверное, сейчас было самое время закатить истерику с заламыванием рук и криками: «Все кончено!» , но я не стала. Да и у Кларенса нервы не лишние, поберечь надо.

-Навсегда? - только и спросил он. - Или..

-Никаких «или», - вздохнула я. - Отвези меня домой, пожалуйста.

-Конечно, мисс Кэррингтон, - сказал он. - Думаю, что мы с вами еще увидимся.

-Возможно, - сказала я. - Земля круглая, жизнь долгая, всякое может быть.

-Я не это имел в виду, - улыбнулся он.

Я попросила Кларенса высадить меня на углу и, прежде чем отправиться домой и рыдать в подушку, зашла в небольшой круглосуточный магазинчик и купила небольшое пластиковое ведерко шоколадного мороженого. А алкоголь с антидепрессантами и так ждали меня дома.

Глава 5

Даже если Дерек прав, и женщины действительно всю жизнь ищут мужчин образа своего отца, то в моем случае с этим все сложно.

Потому что Джон Кэррингтон, человек, чью фамилию я ношу, не мой настоящий отец. То есть, настоящий, но не биологический. Он и его жена (моя мама) Лиззи Кэррингтон, удочерили меня, когда мне было шесть.

До этого времени я жила в детском приюте.

Джон был бизнесменом, насколько вообще можно быть бизнесменом в маленьком захолустном городке.