Одной крови

Пусть живет своей жизнью и дальше, а у меня и без него уже голова кругом идет. Я почти опоздала, сказалось не самое гладкое пробуждение, а когда я вбежала в школу, звонок как раз прозвенел. Но класс алгебры был на первом этаже, прямо рядом со входом, и я прошмыгнула, незамеченной по почти пустому коридору. Профессор Грейсон что-то усердно выводила на доске, поэтому меня и пару учеников, проскользнувших со мной, она не заметила. Ну и отлично!

В целом, урок прошел спокойно и размеренно, но тригонометрические функции ближе ко мне, к сожалению, не стали.

Я старательно конспектировала весь материал, стараясь сосредоточиться, но алгебра – это просто не мое. Эти функции и графики слились для меня в одну сплошную непонятную кашу. И Крис не смотрел на меня. Несколько раз я оборачивалась в его сторону, в надежде поймать взгляд, и понять его настроение. Но он делал вид, что не замечает. Сидел с непроницаемым лицом, будто мы и вовсе не знакомы. Я не обижалась, нет. Мне просто было немного больно.

Я увидела его на перемене, он стоял с Эллиотом у большого двустворчатого окна в коридоре, на втором этаже. Приблизилась, тут Эллиот увидел меня первый.

– Здорово! Мы как раз тут о тебе... не говорили, – по его сконфуженному лицу все сразу стало понятно. Не умеешь ты обманывать, Эллиот, совсем не умеешь. Крис, стоящий ко мне вполоборота, снова, не посмотрел на меня, и ушел, будто я пустое место. Да мне и самой уже так кажется. Его быстрое "мне пора" я даже еле расслышала.

Мы остались с Эллиотом вдвоем, но я не хотела продолжать разговор, куда проще было помолчать и уйти в себя. Опершись на подоконник, я просто ждала окончания этой дурацкой перемены.

– Не нужно винить себя. – Спустя какое-то время я услышала голос Эллиота. Странно, не думала, что он еще здесь.

– Винить себя?

– У тебя на лице все написано. Я обычно в такие дела не вмешиваюсь, но дай ему время.

Да уж, хороший совет. Но это время отзывается болью в сердце, каждая минута эту боль усиливает и приумножает.

Хотя, думаю Эл всё же знает, о чем говорит. Ведь они с Кристианом друзья.

Тьма и голод подкрались изнутри неожиданно, но неотвратимо. Я поймала себя на мысли, что эти ощущения уже становятся такими знакомыми, будто родными. Я не удивлена. Из-за угла вышла высокая фигура в черной кожанке, и джинсах с цепью. Неужели, мой темный монстр именно на него так реагирует? Почему? Вот по кому уж я точно не соскучилась.