Проклятый психолог

– Это как? – перебила она меня, когда я уже собрался дать ей контакты Семёна.

– Это лекарства, которые смогут «потушить пожар» в вашей голове и груди, – да-да, пользуемся языком клиента: говорит о пожарах, и я использую похожие слова. – Вам станет легче думать и эмоции перестанут над Вами довлеть.

– Травки всякие пить надо? И мне станет легче? Я не буду умирать?

– Да-да, травки, таблеточки и тому подобное…, – согласился я. – Но сам я не вправе назначать клиентам мед.препараты, так что давайте так: вот вам телефон моего хорошего знакомого, даже друга, он работает в мед.

учреждении, но для меня делает исключение и принимает в личном кабинете тех, кто от меня. Так и скажите – от Романа.

С этими словами я уже писал ей на бумажке имя, адрес и телефон Семёна:

– Позвоните ему, он вроде сегодня принимает. Как только назначит препараты – сразу ко мне, обратно. Займёмся Вашими пожарами и остальным. Но! Но, – тут же поправился я: – Если будет рекомендовать полежать у него в отделении, под присмотром – соглашайтесь.

Такой врач плохого не посоветует.

И про себя добавил: да и моя помощь, может, не понадобится тогда – прокапают её, полежит, отдохнёт без телевизора и интернета, да и восстановится, если нормальная. А если не нормальная – тогда, тем более, ей к Семёну.

С этими напутствиями (вслух и про себя) я и проводил её к дверям. За компьютером в приёмной уже сидела Софья, моя помощница. Глянув на часы, я понял, что уже пол-десятого. Как же быстро время пролетело, я и не заметил. И, главное, чем мы с клиенткой занимались этих два с половиной часа? Как будто всего лишь полчаса прошло по ощущениям, а на деле…

– А, Софа, привет! – поздоровался я.

– Будь добра, закажи завтрак, как обычно. И запиши меня к Ольге Ивановне, пожалуйста.

– Доброе утро, Роман Игоревич! Да, конечно, – поздоровалась она в ответ и кивнула, приступая к заказу онлайн. Как будто не заметив выходящую клиентку, что не стала одеваться в приёмной и сразу вышла. Она и вещи за дверью моего офиса оставила, что ли?

А я, развернувшись обратно в рабочий кабинет, не мог отделаться от мысли, что какая-то нездоровая ересь только что творилась.

Что это вообще было? Ничего не понимаю! Она вызывала у меня противоречивые чувства. Я ничего не понимал. Как будто эта девушка – угроза. Угроза моему благополучию, стабильности. Угроза моей памяти: слишком я отвлекался, работая с ней. Именно поэтому я решил отказаться от помощи ей, иначе – не этично, слишком уж я лично вовлечен в процесс с ней. Необъяснимо, почему.