Игра теней

Можно было даже иногда появляться "в полях", грамотно жонглируя иллюзиями для устрашения и поддержания авторитета корпорации.

Но главным было то, что она могла учиться. Изучать. Читать. Осваивать. Конечно, практики ей не хватало, а тренироваться было бы опасно - Вероника достаточно знала о том, что Атлантида делает с магами, бесполезными на практике, но интересными для изучения. А вот возможность впитывать информацию, которая ей была открыта в таких объемах было большой удачей.

Она закрыла глаза, стараясь сосредоточиться на заклинании.

Раньше ей не приходилось использовать магию в таком паршивом состоянии. Мысли путались, самое малое движение отдавало болью и мешало сконцентрироваться. Усилием воли Вероника обратилась к астральным материям. Еле теплое дуновение другого мира, легкий бриз по кончикам волос. Прохлада. Неосторожный глубокий вздох и резкая боль от потревоженной раны. Боль овладела сознанием лишь на секунду, отвлекая от дела, но этого хватило, чтобы по кромке нервных окончаний прошелся обжигающий, парализующий огонь. Она невольно застонала. Сорвавшееся заклинание всегда было неприятным явлением. Обращаясь к силе, маг пускал магию в свое сознание, и внезапно исчезнувшая вязь заклинания била хлыстом по ауре мага, вырывая со своим исчезновением часть ментального тела, словно забирая её с собой на другие планы. Это было больно в буквальном смысле слова. Ментальное тело мага, в отличие от физического, восстановить было возможно. Но не мгновенно и даже не в ближайшие дни. Когда заклинание сорвалось в третий раз, в душу начал заползать мерзкий и липкий холод страха перед приближающейся смертью. Вероника выругалась. Времени у нее осталось немного, срыв заклинаний ранил её ментальную оболочку, силы которой далеко не бесконечны, а сейчас были уже изрядно истощены. С каждой новой попыткой шансов на успех оставалось все меньше. Даже будь она здорова, перед глазами бы уже плыли мутные круги на фоне раскалывающей голову боли. Физическое тело уже почти не слушалось, силы покидали её вместе с алой кровью от страшной раны. Она собралась, пытаясь выйти в медитативный транс.

- А ты делаешь успехи, - раздался рядом голос с долей не скрываемого сарказма. Этот бархатный тембр, одним звуком укутывающий её в мягкие объятия спокойствия. Она узнала его. И резко открыла глаза.

В тенях глубокого кресла угадывался мужской силуэт в небрежной позе. Одна рука расслабленно лежала на подлокотнике, пальцы другой придерживали склоненную набок голову.