"Октябрь" в Гардарике

***

Шуру выписали из больницы спустя неделю. Ему назначили психотерапевта и сказали прийти через месяц на контрольное обследование. Доктор Лехтер посоветовала несколько упражнений для лучшего распознавания других магов, а также сказала, что скинет несколько книг на электронную почту.

Шура, бабушка Мая и мама жили на фермерской территории города Милий, поэтому ближайшие соседи были в полукилометре. Они владели небольшим яблоневым садом рядом с льняным полем, но сейчас им некому заниматься.

Дом встретил гнетущей тишиной.

Бабушка отнесла вещи в комнату, а Шура неотрывно смотрел на лестницу. Ему так ничего и не рассказали, а он не спрашивал. Он не оставлял попыток все вспомнить, но у него не получалось. Полицейские говорили, что его воспоминания неправильные, там нет достаточно доказательств, чтобы наказать того, кто убил маму и лишил его лиц.

Когда пришел адвокат Интигамова, он начал настаивать на том, что произошел несчастный случай, что мама Шуры сама виновата, что у нее были проблемы со здоровьем.

И раз воспоминания заблокированы, хоть специалистам удалось их вытащить, они искажены. В памяти мамы тоже нет ничего точного, так как она ударилась головой. Адвокат советовал подписать мировую и официально простить его клиент, а тот готов выплатить компенсацию.

Бабушка выгнала адвоката со словами, что мерзавец даже алименты не платил, так что им тем более не нужны его деньги, а наказать его должны по всей строгости закона.

Полицейские разводили руками в сторону, советовали согласиться, мол, улики ни о чем конкретном не говорят.

— Куда смотрит прокуратура? — возмущалась бабушка. — Я это просто не оставлю!

Журналисты не оставляли их в покое. Интигамов был каким-то политиком или бизнесменом. Шура точно понял, как и то, кто все эти маги и чего они хотят. Они задавали вопросы и постоянно ошивались возле дома.

Полицейские сказали, что Интигамова выпустили под залог. Тогда бабушке схватилась за сердце, и им пришлось вызвать ей доктора…

Шура убежал.

Он не мог больше оставаться в этом доме рядом с незнакомцами, от которых веяло опасностью и тревогой. Его переполняли эмоции, готовые разорвать его изнутри.

В поле с голубыми цветами было спокойно. Шура упал на дорожке и закрыл лицо руками. Он тяжело дышал и уже не сдерживал слезы. Голова вновь разболелась. Бабушка велела ему пить горькие зелья, но от них становилось только хуже.

Вдруг яркое палящее солнце закрыла чья-то тень.