Хоколобон

Рич пожевал губами и взял паузу, чтобы пригубить кружку.

– Да… ничего не происходит. Особенно так, – и сторож пожал плечами. – Туман. Всё чаще туман собирается. Деревья будто становятся дальше от сторожки, и мало что растёт вблизи. Но это всё не ново. Может, более нарочито стало в последнее время, не знаю. А кроме того… Ни запахов, ни шумов. Как на кладбище. Иногда белка городская пробежит мимо и в лес – фьюить! А больше ничего.

– Ага. Отходим в Инобытие, – заключил старый Сиклз и уставился в никуда. Посидел так минуту где-то.

За столом шахтёров давно продолжился какой-то бесконечный разговор, суть которого ускользала от Джереми. Наконец, Даррен дёрнул себя за ухо и сказал, ни к кому конкретно не обращаясь: – Но кто, как…К кому он пошёл на поклон…

– Неужто ни малейшей идеи? – спросил Джереми. Он чувствовал растерянность – за минувшие пару недель ему начало казаться, что Даррен знает вообще всё. Всегда. Обо всех и обо всём. И вот… Но Даррен на эти слова ухмыльнулся, немного, углом рта.

– Я ещё не исчерпал идей.

Пойдём разбудим Твея. Вот уж кто знает.

– Погоди, – встрял Рич.– Это не всё. Ребята тоже кое о чём говорят.

Один из бывших шахтёров умер на той неделе, сообщил Рич. Пётр Краплев. Просто сердце остановилось. А ведь какой парень был ломовой! Прут толщиной в палец сгибал петлёй! Монеты в трубочку катал со скуки! Да, неуживчивый был, и после закрытия шахты стал чем попало заниматься. Так что конечно, коллеги кивали на новый быт города. Мол, колдуны эти пришлые подкузьмили, или кобольды намстили под конец.

А ещё дом на углу Главной и Цветочной по ночам светится. Вот просто так, стены вдруг бац – и дают свет! Неяркий такой – но в ночи за квартал видно. И ведь жильцы вообще ни при делах, там пара средних лет, рабочие с полей. Вот правда мальцов на той неделе видели рядом, и те как всегда что-то рисовали своими мелками, да покрикивали, да потаптывали.

– Урезонил бы ты их, что ли, а? – обратился Рич к Даррену.

– Вот те крест, уже сделал, что смог. Мой адъютант, – Даррен с ухмылкой кивнул в сторону Джереми, – подтвердит.

Наконец, доложил Рич, в одном из заброшенных домов возле складов кто-то подвывал на манер гиены. Причём не ночью – тогда б на собак можно было списать. Странных, но всё же. А тут…

– Понятно, – заключил Даррен, поджав губы. – Спасибо, что рассказал Рич. Это всё очень важно.

Однако стоило им отойти на пару зданий от бара, как Даррен расхохотался.

– Дом светится, нет, ты прикинь! Мальцы виноваты.