Мертвая романтика. Книга первая

По дорожкам прогуливались люди: родители с колясками, дети на велосипедах и самокатах, бегали несколько спортсменов.

Проводив взглядом девушку в коротком топе с высоким хвостом, Анджей хмыкнул.

– Диана не одобрит, – произнес Юшин.

– Принцесса Ди не обращает внимания на временных фавориток.

– Ты уверен, что эта девушка удовлетворится ролью фаворитки?

– Нет, конечно, меньше чем корону ей можно не предлагать. Так чем тебя так заинтересовала эта книга? В ней есть что-то особенное?

– Нет, – сев на свободную скамейку, Юшин вытащил покупку и открыл на первой странице.

– Это обычная книга с молитвами на все случаи жизни, одна из тысяч совершенно одинаковых. Их печатали для простых людей, чтобы можно было брать Слово Божие в дорогу и регулярно приобщаться к нему, – Парень перевернул несколько страниц. – Ее читали очень часто: все углы засаленные, обложка потерта. Должно быть, – провел пальцем по бледным, слабо заметным пятнам. – Часто над ней плакали.

В ушах вновь послышался шепот, на этот раз намного ближе. Прислушавшись, Юшин различил женский сдавленный голос и немецкую речь. Девушка что-то повторяла, какое-то одно или два слова, постоянно, по кругу…

«Hasse. Hasse. Hasse-hasse-hasse-hasse, hassehassehassehassehassehasse! Ichhassees! [Ненавижу! Я ненавижу его! (нем.)]

– Если она тебе так нравится, то читай на здоровье, – пожал плечом Анджей, допивая кофе. Он ничего не заметил. – Хотя странно: я думал, тебя больше заинтересует что-то иное.

– Например?

Сердце быстро колотилось, дышать стало тяжело, хотелось откашляться, выбить из легких скопившуюся пыли, от яркого солнца глаза сами собой закрылись. Юшин быстро вытащил солнечные очки и убрал молитвенник, в несколько глотков допил капучино. Горло неприятно покалывало.

«Осторожнее надо быть, – прошептал Хайд. Он явно был недоволен. – Ты бы еще вслух начал говорить».

– Например, гравюра Императорского воспитательного дома.

Она выглядела очень неплохо, к тому же черчение – это по твоей части.

– С каких пор гравюры относятся к архитектуре? – Шеньян очень надеялся, что его голос звучит нормально. Стоит отвлечь Анджея, пусть поговорит подольше. А когда они расстанутся, у него будет немало времени, чтобы экспериментировать с книгой до победы.

– Хотя знаешь, возможно, это была фотография. Я увидел только, что оно черно-белое и с четкими линиями.