Мертвая романтика. Книга первая

Шершавые страницы хранили миллионы выдуманных и настоящих историй, желто-бежевые листы манили особым, пыльно-чернильным запахом, а приглушенные голоса покупателей доносились как сквозь вату. Парень наугад выбирал экземпляры и пробегал глазами строки, почти не разбирая, что именно читает. Достаточно было того, что буквы складываются в слова.

Рядом рассматривала ноты пожилая женщина с поджатыми губами. Ее седые волосы были убраны под маленькую шляпку, на скрюченных пальцах сверкали крупные кольца с поделочными камнями.

Она подслеповато щурилась, вынимала очередной сборник и задумчиво изучала содержание, временами косясь на Юшина.

«Учительница музыки, – лениво прокомментировал Хайд. – Вспоминает то, чему отдала всю жизнь».

Юшин пожал плечами и незаметно зевнул. Несмотря на начало учебного года, он успел устать. За сентябрь он сдал два реферата и проект, нетрудный, но отнявший почти неделю. Кроме того, пришлось каждый день приезжать в библиотеку и работать. И хотя Тамара Константиновна пообещала ему прибавку в зарплате за переработки и старалась не загружать, под вечер парень мог только приехать домой и свалиться на кровать.

Странно, но раньше его не выматывали повседневные дела…

«Ты стареешь. Еще немного, и начнешь жаловаться на боль в коленях», – в голосе Хайда прибавилось ехидности.

– Очень смешно.

Пожилая дама обернулась, и Юшин тут же повернулся к ней и убрал волосы за ухо, чтобы она видела гарнитуру в ухе. Хайд хрипло засмеялся, и парень пожалел, что не может показать ему язык.

Подойдя к книгам в самом углу, Шеньян углубился в поиски. Он и сам не знал, что ищет: может, классическую литературу, может, что-то философское, эзотерическое или даже алхимические труды. Просто было приятно находиться среди книг и подальше от людей.

Когда через несколько минут парень поднял глаза, то даже не сразу понял, что изменилось. Мир посерел, будто выцвел. Темные полки стали почти черными, книги превратились в черно-белые клавиши пианино, а страницы в сухой пергамент чайного цвета.

Старушка рядом расплылась и побледнела, ее яркая красная шляпка выглядела пыльной и потертой, а руки больше напоминали морщинистые птичьи лапки. Тетрадь, которую она держала, начала медленно рассыпаться пеплом.

Пошатнувшись, Юшин схватился рукой за полки. Опустив голову, он сильно зажмурился, до слез.

Пожилая дама повернулась в его сторону.

– Молодой человек, вам нехорошо? – ее голос доносился откуда-то издалека.