Затаившийся

«Зато у меня папа есть! А твоего отца твоя мать убила!» – громко крикнул он и унёсся в неизвестном направлении, а я так и остался сидеть на кровати. Вокруг валялись вперемежку чёрные и белые шахматы, а я словно девчонка растирал по лицу слёзы. И нет, я не побежал к маме узнавать, действительно ли всё так и произошло. Во-первых, я отлично знал брата, просто так болтать не в его принципах. Во-вторых, я наконец понял ту тоску, которая всегда едва заметным огоньком отсвечивает в маминых глазах. Уже будучи взрослее и умнее я понял, что возможно она просто защищалась, и вопрос в тот момент стоял ребром.

Одному из них в тот день пришлось бы умереть. Не выжила бы она, не появился бы на свет я. Так что думаю вы поняли на чьей стороне мои симпатии.

– Да, добрые звери, они такие, никогда не думают о чувствах простых людей. Им лишь-бы показать, что они в этом мире всё знают, – слегка подумав, я добавил, - хотя этим они не отличаются от злых. Как не старайся, не сможешь ты убедить меня в том, что твой брат добрый, после того, как он едва не разорвал меня на куски.

С чего мне вдруг сегодня вспомнился тот разговор недельной давности, да ещё и в таких подробностях? Всё очень просто, тогда мне помогла Света, а сейчас помощь нужна ей самой. И я, как настоящий друг, не могу остаться в стороне. Тем более, что в её ссоре с родителями виноват я. Нет, разумеется ничего такого я не хотел, всё вышло совершенно случайно.

Вчера, прогуливаясь мимо мясного магазина, не надо удивляться, я люблю порой прогуляться мимо магазина и облизнуться на мясной ассортимент.

Говядина, свинина, баранина. Любые части, всё что душе угодно. Филейная... Рёбрышки. Нет не подумайте, что я голодаю. Я регулярно ем чисто мясные котлеты, но как же порой хочется почесать зубки о косточку. Вегетарианцу, да даже простому человеку не понять звериных порывов моей души. Но, кажется я немного отвлёкся...

В общем, прогуливаясь в человеческом обличии, возле магазина я наблюдал довольно непривычную картину.

Мелкий неизвестно откуда взявшийся в этот час и в этом месте приблудный пёс, размером не больше Волчка, но явно его смелее, а может отчаяннее, постарался выхватить кусок мяса из под самой морды Полкана.

Подобной дерзости мой названый брат разумеется стерпеть не мог. Издав недовольный громкий рык он открыл свою пасть. Нижняя челюсть, всегда ассоциируемая у меня с ковшом экскаватора готова была уже переломить беднягу пополам. Но тут произошло чудо.