Застенец

Он опустил руку и повернулся ко мне. Видимо, министр произвел какие-то манипуляции, потому что лицо его вновь приобрело спокойный скучающий вид. Что именно — осталось для меня загадкой.

— Почему Вы попросили меня не нервничать, Алексей Симеонович?

— Наша магия способна подавлять устройства этого мира. Как правило, разрушать. А эта машина, великодушно предоставленная нам, буквально вся состоит из электроники. Не хотелось бы идти пешком.

— Вы думаете, что я… владею магией?

— Даниил Маркович передал Вам дар, в этом нет никаких сомнений.

И коли уж Вы не умерли в первые часы после передачи, то теперь он потихонечку обустраивается на новом месте. Возможны случайные всплески. Поэтому Вам лучше всего вести себя спокойно, не испытывать ярких эмоций. По крайней мере, до определенной поры.

Я скривился. Ну да, подумаешь, вчера ты был обычным человеком, а теперь вдруг стал Светлейшим Князем. И пожалуйста, не дергайся. Делай вид, что все идет по плану. Превосходно, просто восхитительно.

— Я понимаю Вашу растерянность и раздражение, — произнес министр.

— Скажу больше, многие в Высоком Сенате и Государственном Совете восприняли Ваше появление без особого энтузиазма.

— Это меня должно как-то успокоить?

— Моя задача — ввести Вас в курс дела, Николай, а не строить воздушных замков. Скажу честно, придется сложно. Старик Ирмер был для всех как кость в горле. А Вы, помимо его имущества и дара, унаследовали и любовь к нему.

— Точнее, нелюбовь.

— Не без этого, — легко согласился министр.

— Алексей Симеонович, можно начистоту? — спросил я.

— Будьте любезны, — впервые в уставших глазах светлейшего князя появилось нечто вроде любопытства. Будто он поймал жука, а тот вдруг заговорил человеческим голосом.

— Что мешает вам у меня этот дар забрать? Ведь у вашего правительства, или не знаю, Совета или Сената, точно есть способы для этого?

— Прямых нет, конечно, но при должном желании… — министр прочистил горло и продолжил. — Если бы Вы, Николай, были только нашим подданным, все действительно оказалось бы проще.

В особых, чрезвычайных ситуациях можно сделать так, что дар будет собственностью Его Величества. Однако Вы также являетесь гражданином этого мира.

— Российской Федерации, — поправил его я.

— Это уже не столь важно, — легко отмахнулся светлейший князь. — Сегодня вечером по вашим газетам и те-ле-ви-де-нию объявят неслыханное. Что обычный человек стал иносом. Не смотрите так, я знаю, как вы нас называете. И тут уже дело осложнится.