Застенец

Тот же трактир взять…

— Не Сиятельство он, — буркнул Илларион.

Я же понял, что разговор стал уходить в ненужное для меня русло. Пришлось поправлять.

— Пал Палыч, а что там, за Разломом?

— Холод, мрак и бесчинства.

Соседушно произнес эти слова скороговоркой, чужим, испуганным голосом. Будто готовил их заранее. Впервые за все время он утратил свое спокойствие и заерзал на ящике.

— Вот и прошлый хозяин, как ни бился, а ничего вразумительного от него выудить не смог, — сказал Илларион. — Да и не говорят они ничего.

Когда паразиты эти к нам поперли, жандармы сначала даже пытали их. И водяных, и бесов, и леших, и луговиков. Только толку чуть. Может, господин, выгнать эту мерзость, а?

Стоило слуге сказать это, как соседушко с громким хлопком, словно пробку выбили из бутылки шампанского, исчез. Хотя я слышал обиженное сопение приживалы где-то рядом.

— Вот так всегда, — усмехнулся Илларион, довольный своей шуткой. — Паразит, что и говорить. Правда, безобидный.

— Пусть живет, — махнул я рукой.

— Мы в ответе за тех, кого приручили.

— Разумен господин не по годам, приятно слушать, — отозвалось из пустоты. Но обратно Пал Палыч не вернулся. — Всем бы такую светлую голову на плечи. А это из какой книжки слова, позвольте полюбопытствовать?

На том и разошлись. Впрочем, Илларион оказался прав. За все время я более не слышал и не видел это крохотное создание. Изредка находил раскрытые книги в библиотеке да по пустым тарелкам утром вспоминал о наличии у нас такой диковинки.

Ну что ж, не мешает, и то хорошо.

К чему я приступил незамедлительно — перечитал все бумаги, касающиеся моего наследства. Как оказалось, слишком рано я раскатал губу. Имущества у господина Ирмера оказалось с избытком: две фабрики, фамильный особняк, летняя резиденция, небольшой доходный дом, какие-то дорогие предметы искусства и прочее, прочее. Вся беда в том, что практически все это осталось Там, в родном мире Даниила Марковича.

Как рассказывал Илларион, узнали они о перемещении благодаря Самарину, который прислал посыльного.

Да и то, узнали в последний момент. Что успели, собрали, и рванули на Васильевский остров. Поэтому только в родном мире Ирмер Даниил Маркович был богатый князь, а в этом стал простым бедным аристократом. Причем не он один.

Вообще, с этим перемещением вышла забавная вещь. Как я понял из рассказов Иллариона, дела в Империи шли — не сказать чтобы замечательно. Не проходило недели, чтобы не случился новый Разлом.